Выбрать главу

Минуты через четыре Дени затрясся, заорал и со всей силой прильнул, прилип, врезался в несчастое тело Вадика. Кавказцы заулыбались и одобрительно заохали. Дени вытащил свой член из задницы "крысы" и заругался — опадающая на глазах дубина вся была испачкана кровью и калом жертвы.

— Туда, туда, Дени! Иди вымойся, орел! — замахал руками Магомед, показывая в сторону закутка, где находились туалет и душ. Тон у него был ласковый и довольный.

Вадик лежал на столе и сотрясался в рыданиях.

— А ты слушай, крыса! — голос Магомеда снова стал злым. — На тебе штраф за воровство — пять тысяч баксов. Срок — месяц. Счетчик я тебе включаю по самой божеской цене, учитывая наше давнее сотрудничество — три процента в день. Попытаешься сбежать или обмануть, а еще хуже — ментам настучишь — убью! По кускам буду резать, сволочь! — подкрепляя свои слова, Магомед вытащил из кармана штанов нож-выкидуху и щелкнул кнопкой, освобождая лезвие. Чеченец свирепо поводил им перед глазами Вадика, а затем разрезал путы на его руках. — Вставай, крыса! Подмоешься после Дени и вали отсюда искать деньг…

…и тут зазвонила мобила Магомеда…

…Автоматически положив выкидуху на стол, Магомед полез за ней, посмотрел на номер, включил…

…нахмурился…

…заговорил по-чеченски, яростно убеждая в чем-то своего собеседника…

С бешеным криком, как был, без штанов и с окровавленной задницей, Вадик схватил выкидуху и, вложив в рывок все силы, попытался через стол ударить лезвием Магомеда в лицо!

Охнул от неожиданности Мурат. Подпрыгнула в коридоре Филька.

Но только не Магомед. Реакция бойца не подвела его и вновь благосклонный Аллах отвел от чеченца смерть.

Скорее всего его спас именно крик жертвы. Если бы не он, Магомед не смог бы инстинктивно откачнуться на стуле от налетающего лезвия. С руганью отбросив мобилу, чеченец, вскочил и улучив момент перехватил руку Вадика, продолжавшего пытаться тыкать ножом через стол в своего мучителя.

Сзади на Вадика уже налетел Мурат. Он сгреб его в охапку своими мощными руками, а Магомед, вырвав из руки жертвы нож, тут же ударил им дилера в глаз.

Вадик вскрикнул и схватился за лицо.

— Неси его в комнату с баком для маринада. Быстро! — заорал Магомед, размахивая руками.

Мурат в миг отволок барахтающегося, с окровавленным лицом Вадика в подсобку. За ним, прихрамывая ковылял чеченец. В подсобке он наклонил Вадика над баком, в котором обычно отмачивали курятину, ныне пустым, схватил его левой рукой за редкие русые волосы, задрал голову и отточенным метким движением ножа перерезаел ему горло.

— Вых! Вот и все! Кончилась крыса! — с удовлетворением произнес палач, отбрасывая нож в сторону.

Из ванной комнаты выбежал, застегивая штаны, Дени.

— Что? Что такое? — гигант никак не мог справиться с ширинкой и судорожно дергал ее то вверх, то вниз.

— Кончили крысу! Тварь поганую! — ответил Магомед, устало привалившись к стенке. — Сейчас засуньте ее в бак, вечером, как будем закрывать, приедете на микробусе и заберете его. Захватите каких нибудь больших полиэтиленовых мешков для трупа, а кровь из него сейчас вся вытечет, не страшно, не испачкаетесь, — добавил чеченец.

Троица вернулась в офил и закурила.

— Не бойтесь, сюда никто не сунется, всем, кому надо, платим. Главное, не засыпьтесь, пока будете везти его в лес!

Докурив, Мурат и Дени быстро ретировались, а Магомед накрыл крышкой тело в баке и закрыл на ключ подсобку. Краем глаза чеченец заметил, как черная продолговатая тень выскакивает из офиса. Магомед мигнул и задумался. "Нет, вроде показалось, — решил он и достал из холодильника бутылку виски. — Выпью-ка я сейчас сотку, подотру кровь и говно с пола, а потом посплю до вечера — самое мудрое дело!" — решил убийца и лицо его расплылось в улыбке.

*********

Ек-ек-ек! Ек-ек-ек! Ек-ек-ек!

Бедное кошкино сердечко! Как оно только не разорвалось от страха! Стучит, бешено заходится маленькое сердечко! Забившись в угол двора и накрыв лапками голову, стонет от ужаса несчастная Филька.

Смерть. Всюду смерть. Неужели это и есть настоящая, реальная жизнь? Та, что кипит в больших городах. А наверное и в малых, только не видима она тем, кто живет, не выходя за черту квартиры…