Эл уловила нотки тревоги в ее усталом голосе. Отсутствие главы дома ее тревожило.
- Я собиралась прогуляться к морю, - сказала Эл.
Женщина благодарно покивала.
- Ты одна пойдешь? Не поздно, но...
- Вернусь я не одна, - заверила Эл.
- Он всегда ходит одним путем, прямо по улице, ведущей к морю, там есть уступы. Оттуда сверни налево, ты его увидишь. Я дам тебе накидку потеплее.
Эл спрятала в сумку сушеные фрукты и лепешку, перекинула через плечо пахший смолой и каменной пылью шерстяной плащ Эфроима и направилась к морю.
Эл выбрела на берег, но мастера нашла не сразу. Он сидел в стороне, на ступенчатом выступе породы, недалеко от его ног плескалась отливная волна. Рядом с ним стояла небольшая корзина, в которую Эфроим собирал мелкую гальку.
Эл без разрешения присела рядом, посмотрела на камешки в корзине и протянула Эфроиму плащ. Он посмотрел на нее безучастным взглядом. День и верно был для него трудным.
Эл протянула ему кусок лепешки, он взял ее и начал жевать, так же равнодушно. Чтобы не заводить беседу, Эл соскочила с уступа на песчаную отмель и стала собирать такие же камушки, какие видела в корзинке Эфроима. Она близко подходила к воде и замочила подол своей одежды. Когда она обернулась, почувствовав взгляд, Эфроим смотрел на нее с улыбкой.
Эл, стараясь не рассыпать свою добычу из камешков, влезла к нему на уступ.
- Подойдут? - спросила она.
Эфроим добродушно кивнул. Она высыпала гальку в корзину, посмотрела на объем камней, на руки Эфроима. Груз для него будет не малый.
- Ты пришла специально, - сказал он.
- В доме было подозрительно тихо, когда я вернулась. Я опоздала к ужину и решила еще погулять.
- Тебе понравился этот город?
- Да. Здесь красиво и величественно.
- Я слышал, что вы нашли дом. Александр мне не сказал, но твоя сестра...
- Болтлива так, что стыд берет, - закончила фразу Эл и воздела руки к небу.
Эл заметила, что Ника вызывает своим поведением оторопь у старших в доме. Во всяком случае Эфроим был недоволен, не будь он вежлив, сказал бы что-то подобное.
- Она нагрубила? - добавила Эл вопрос.
- Нет. Но она не слушает старших.
- Тогда не печалься о ней. Это моя забота. - Ее прямое заявление заставило его оживиться. Эфроим потер бороду, помолчал и повернулся к ней в пол-оборота. Эл не отвела уверенного взгляда и спросила. - Что тебя печалит, Эфроим? Ты можешь рассказать мне. Я никому не скажу. Обещаю. Если это связано с моей сестрой, я приму меры.
- Мужчина не должен жаловаться, - возразил Эфроим, продолжая ее рассматривать.
- Ника каким-то образом виновата в твоей ссоре с заказчиком?
Эфроим удивился. Елена хорошо знает сестру, потому так просто допустила, что девочка неким образом виновата в конфликте.
- Если не считать, что она пригрозила виновнику ссоры судом, - Эфроим уже не сердился и сказал так со смехом. Он заметил, что Елена осталась серьезной, а лицо ее выразило вопрос, - по совести она права. Часть денег я все же получил, но больше этот человек не станет заказывать у меня мозаику.
- Так-так, - тон Елены стал недобрым. - Если из-за нее твоя семья осталась без средств, я оставлю ее в твоем доме отрабатывать все деньги, что ты потерял. Богами клянусь!
Строгость Елены поразила Эфроима, как и ее прозорливость. Ника была в мастерской, когда его заказчик отказался уплатить всю сумму, потому что ему не понравилась одна фигура на панно. Эфроим пытался не уступать, но вынужден был смириться с потерей, поскольку заказчик грозил отказом во всей сумме. Тогда девочка весьма напористо встряла в разговор и заявила, что заказчик намеренно сбивает цену, что он пришел сюда с мыслю, не платить всю сумму. Ника гордо заявила, что судья разберет их спор в пользу Эфроима, а она будет свидетельствовать. Эфроим не знал, на что досадовал больше, на обман или унижение, которому подвергся, а за одно и на девочку за вмешательство и грубое обращение.
Эл наблюдала, как Эфроим переживает воспоминания и нервно перебирает узловатыми пальцами камешки в корзине.
- Эфроим, я обещаю, ее выходка безнаказанной не останется, - заявила спартанка.
- Елена, не знаю, что здесь лучше. Позволить тебе наказать ее по праву старшей или поколебать в девочке веру в справедливость и честность.
- Уж поверь мне, Эфроим, у Ники весьма устойчивые представления о справедливости и честности, когда это не касается ее интересов. Здесь скорее речь идет об умении думать, что и когда говорить. Ты, наверное, попросил семью не рассказывать нам ничего. Не стоит ее щадить.
- Ты строга, Елена. Здесь стоит серьезно поразмыслить над наказанием.