- Я думаю, Эл это как-нибудь переживет, а Дмитрию глубоко наплевать на подобные мелочи, - презрительно проговорил Алик. На этот раз его недовольство касалось не Дмитрия, а самой ситуации. На минуту несчастье с переброской показалось ему удачей, а ведь еще недавно он сетовал на жестокость Эл. Как не печально, но эта роковая ошибка сыграла на руку в их деле и подтвердила правоту расчетов. На фоне всего услышанного Алик осознал, что теперь и ему все равно, как это выглядит. На кону теперь их будущее. - И вот вы здесь, все погибли, а вы выжили? Как?
- Я работаю в патруле со дня его основания. Вы не представляете, где я бывал. У меня опыт оперативной работы и иммунитет. И конечно, методики тренировки у Самдина сделали меня выносливым и способным адаптироваться к исторической среде. Да, у меня было негативное отношение к вашему командиру до этого перехода. За день до переброски навигационного модуля Алексей Пифанович Дубов приложил колоссальные усилия, чтобы переубедить меня в ошибочности позиции Службы. Он очень остро воспринял все события: поведение Эл, инопланетян, этот эксперимент, смерть Самадина. И представьте, смог меня убедить. Он человек мягкий, умница и умеет мыслить в перспективу. Он рассказал о ситуации в Вене, об измене части патруля в Перпиньяне. О том, что ее уговаривали возглавить этот переход. Я оказывается не был посвящен в ваши прежние манипуляции. Меня убедил скорее не Дубов, а обстоятельства и время. И теперь мне теперь очень важно увидеть Эл. У меня было больше чем достаточно времени на размышления. Жизнь здесь медленная, за шесть лет все оборудование пришло в негодность, я даже не вооружен, как вы заметили. Я думал, что датчики патрульных сохранят возможность работать в пространстве еще какое-то время. В телах они быстро оказывают. Я не мог оставить здесь биологический след из будущего, я извлек датчики, сжег тела и сделал этот маяк. Мне оставалось только надеяться, что Эл меня найдет.
- Вы обидели ее, но ждете ее помощи. Нелепо. Она была крайне расстроена из-за смерти Бхудта. Мне она все рассказала. Ей было очень больно, она не виновата в его смерти.
- Признаюсь, я был с ней резок. Я не привык к людям с такими манерами и влиянием на других. Признаю, моим суждениям не хватало гибкости, - Хейлер словно просил у него прощения, став вдруг подавленным человеком, измотанным долгим ожиданием. - И поверьте мне на слово. В последние часы перед приходом сюда я был против смены меток на ваших картах, был против карательных мер. Я принял решение в последний момент, я понял, что могу помешать вашему уничтожению лишь своим вмешательством.
- Только не говорите, что вы умышленно погубили двадцать человек.
- В какой-то мере. Вас всего пятеро и девочка.
- Но в Перпиньяне Эл и Дмитрий устроили патрулю серьезную трепку, насколько я знаю. А их было двое, - Алику стало весело.
- Часть патруля была на их стороне.
- Я пришел сюда один, ожидая шестерых, мастер Хёйлер. Поверьте и вы мне, перевес был бы не в их пользу. Один намек на оружие дальнего действия, и все были бы мертвы. Я бы разрешения Эл спрашивать не стал.
- Я был совсем иного мнения о вас, Алик.
- Тогда вы были наивны. Если цена - жизнь моих близких, я не стал бы сожалеть.
- Это она сделала вас таким?
- Не нужно. Эл здесь ни при чем. Будь она сейчас на моем месте, с ее возможностями, она бы, вероятно, пожалела бы вас и ваших людей. Она может себе это позволить. Я - нет. Мы сканировали город достаточно долго, никаких признаков вашего присутствия здесь не было. Либо вы мне солгали, либо у вас есть объяснение.
- Меня в городе не было, я ездил на запад. Я, среди прочего, историк, мне было интересно изучать эти годы египетскую цивилизацию. Вы можете работать с целым городом?
Алик решил молчать о присутствии Геликса. В службе могли упустить, что с Эл в паре работает космический корабль инопланетного происхождения.
- Наверху, над нами стоит станция инопланетян, которые попросили Эл принять командование этой экспедицией, - сказал он.