Дмитрий осмотрелся и грустно вздохнул.
- А знаешь, мне его жаль. Он надеялся на мирную жизнь. Дом купил.
- Не дави на больное, а. Я не помню, когда я ему дала эту надежду. До видения все было другим.
Эл собиралась уходить, Дмитрий исподволь следил за ней. Отпускать ее одну не хотелось.
- Погоди. - Он помог ей надеть куртку. - В бардачке машины есть ствол. Меч из багажника я заберу.
- Ладно тебе. Ничего со мной не случится. Меч забирай, только от Алика спрячь.
- Нечего было мне рисунок показывать.
- Не превращайся в параноика.
Дмитрий деловито застегнул ей молнию куртки до самого верха.
- Опоздала с советами.
Эл улыбнулась.
Они дошли до гаража. Эл вывела машину во двор. Она демонстративно добыла из бардачка пистолет.
- Это же моя "беретта"? Где ты его взял?
- У Алика в квартире. Документы то же в бардачке.
- Ну, ты даешь!
- Привыкай. Какое есть, все равно - оружие. Как рука? - спросил он.
- Нормально. Мы приедем часа через четыре-пять, если пробок не будет.
- Четыре часа? - Дмитрий сморщился.
Трудно понять, что ему не понравилось: местные скорости, ее отсутствие, четыре часа рядом с Аликом. Эл не хотелось вникать. Она уехала, ощущая внутри опустошенность.
***
Когда Алик вышел за калитку, первым порывом было возвратиться и учинить скандал. Ему хотелось бурного выяснения отношений. С ним творилось нечто трудно поддающееся описанию. Это было крайностью, а крайностей он старательно себе не позволял. Эмоции захлестывали. Обрывки разговора крутились в голове и подстегивали возбуждение. Казалось мозг вскипит от напряжения. Одна часть его души бурно протестовала, с ней спорило его подсознание. Он не хотел этой правды. И что лучше: знать или не знать - он не решил.
Он не повернул назад, припомнив, как повел себя Дмитрий. Алик помнил его бешенное поведение. Как в прошлые времена - драки не миновать. После кризиса Дмитрий мог повести себя как угодно. Хоть он не выглядел безумным, но Алик хорошо помнил, что творил друг в порыве бешенства. Алик сам был взвинчен до предела, если они схлестнуться - последствия могут быть наихудшими.
Он двинулся быстрым шагом в сторону озера. Это была самая длинная дорога. Если пойти в другую сторону, в десяти минутах ходьбы - железная дорога и станция. И люди. Там были люди.
Он пошел, а потом побежал. Жар в груди, сердце колотилось, как взбесившееся. Нагрузка поможет успокоиться. Он рванул к воде, что было сил.
Холодный воздух утра его не успокоил, в этом краю улицы дома были пустыми, он никого не встретил. Он выскочил на берег, спрыгнул с небольшого обрыва, менее метра. Рябь на воде от ветра, маленькая волна, а ему хотелось бури, что бы гром грянул и ливень. Пространство ответило ему только не сильным порывом ветра. Он вспомнил Дмитрия. Вода успокаивает. У него в голове, в груди, в душе, повсюду все полыхало. Это был уже не гнев. Тяжело и плохо. Все его существо готово было взорваться, виной тому была уже не Эл. Что-то внутри него бунтовало, вызывая эту мучительную, неподдающуюся описанию бурю ощущений.
Алик нервно стянул свитер, потом сбросил кроссовки. Залезть в воду в одежде? Нет. Он хотел холода. Замерзнуть, загасить пламя внутри. Он разделся и вошел в ледяную воду, не замечая резкого перепада температуры, вода обожгла его, но не загасила пыл. Он зашел по пояс и нырнул с головой. Дыхание перехватило. Он удержался, чтобы не глотнуть воды и вынырнул, а потом поплыл на глубину.
Показалось - плавал он не так долго. Ноги и руки закоченели, мышцы начало сводить судорогами. Ему стало чуть легче от простой физической боли в мышцах. Часть обратного пути он проплыл под водой, вынырнул недалеко от берега. Мелкий дождик начинал моросить по глади воды. На маленьком обрывчике берега сидел Дмитрий. На плече у него висело полотенце. Скулы свело. Алик чуть не зарычал. Нашел. Он выбрался из воды и в рост встал перед Дмитрием. Алик не скрывал, что зол. Пусть видит.
Дмитрий рассматривал его. Его непривычно флегматичное поведение вызывало у Алика протест. Не мог же он настолько измениться! Если бы прежний Дмитрий начал укорять его, отпускать шутки или донимать упрямыми доводами в попытке убедить, Алик мог быстрее справиться с собой. Дмитрий молчал.