Глава 14
Я пулей взлетел на мостик.
- Ты че, гондон?! - орал Мачитадзе в стационарный мегафон - "колокол", характеризуя, видимо, фигуру в черном прорезиненном реглане на борту АПЛ. - Ты че, гондон, картуз с крабом на башку нацепил? Думаешь, твоих ослиных ушей под картузом видно не будет?!
"Гондон", весь окутанный клубами пара, указательными пальцами показывал на свои ослиные уши и мотал головой, давая понять, что совсем ничего не слышит.
- Пятнадцать девяносто второй! - зычно донеслось из поднебесья. - Вы случайно не в Мурманск следуете? Застопорьте, пожалуйста, ход. Мы вышлем к вам катер.
От такой беспросветной наглости Сергей Павлович онемел. Повисшая пауза черной грозовой тучей клубилась над его головой.
- И как я успел отвернуть? - ломая спички и сигареты, прохрипел второй штурман. - Вот уж действительно: "Бойся в море рыбака и вояку-дурака!"
Горячая грузинская кровь с новой силою забурлила в жилах нашего капитана.
- "Вы, случайно, не в Мурманск следуете?" - он довольно похоже спародировал голос с подводной лодки. - Нет, падла! Из Мурманска! Везем вон, на палубе партию "Запорожцев" в океане топить. Чтобы вы, педерасты, в гости друг к другу почаще ездили.
- Проект девятьсот сорок один "Акула", - по-хозяйски оглядывая подводный ракетоносец, пояснил второй штурман. - Когда-то служил на таком. Судя по внешнему виду и хамскому поведению командира, из автономки домой возвращается.
- Сколько же в нем регистровых тонн? - с подозрением спросил капитан.
- Почти пятьдесят тысяч.
- Представляешь, с такой дурой поцеловаться?
- Да он бы и не заметил.
Катер с вояками на борту подходил с правого борта. Боцман готовил штормтрап.
- Рыбы им надо, что ли? - предположил капитан, обращаясь ко всем, кто в данный момент находился на мостике. - Так нет ничего. Все в Исландии сдали. Что там у нас с приловом?
- Килограммов триста ерша, да полтонны зубатки, - отозвался второй штурман.
- Спирт вроде везут, - подал вдруг голос только что заступивший на вахту матрос-рулевой Коля Хопта. Он всегда говорил только по существу.
- Пусть попробуют не привезти, - прорычал Сергей Павлович. - Хрен им тогда, а не прилов!
По голосу было видно, что он почти отошел.
Гаврилович принимал незваных гостей. Их было четверо. Оставшийся на катере мичман, передавал наверх чемоданы и канистры со спиртом. Хопта насчитал восемь штук.
- Богато живут защитники Родины, не смотря на Указ, - вырвалось у меня. - Это ж упиться можно!
- Известное дело, отпускники, - подобрел второй штурман. - Если б не мы, чесать бы им на лодке до Североморска. Там не попьянствуешь. Начальство кругом, патрули. Не ровен час, загремишь на губу. Билеты на Мурманск тоже не враз возьмешь - сегодня как раз пятница. А так... прямо сейчас и начнут причащаться.
Подводники шумной толпой направились к мостику. Боцман подобострастно семенил впереди. Судя по морде, где-то успел добавить.
Атмосфера на мостике становилась предпраздничной. Я этих восторгов не разделял и ушел по-английски, потихоньку прикрыв за собой железную дверь. На душе было погано. Все мысли об этом проклятом письме. С момента его получения, я так и не смог ничего до конца осмыслить. Такой прессинг со всех сторон!
С гостями столкнулся на середине трапа, в небольшом закутке между радиорубкой и трансляционной. По привычке вскинул глаза. Встретил ответные взгляды. Равнодушно проскочил вниз, мысленно проявляя увиденное. Запоминать лица - это довольно просто. Есть проверенный способ. Особенно, если впоследствии требуется кого-либо опознать, описать или составить на него фоторобот. С первого взгляда нужно определить: на кого человек больше всего похож. А уже со второго - что мешает полнейшему сходству. Вот и вся, понимаешь, наука. Может это лишь показалось, но меня тоже запомнили и оценили.
У пяти углов курила толпа. Увидев меня, все замолчали. Было жарко - работала баня. Я пристроился в уголочке и призадумался.
Из головы не шел утренний сон. Каждый раз, когда я его вижу, что-то в моей судьбе идет на излом. Измена, развод, ссора с отцом, увольнение из пароходства по тридцать третьей статье. Теперь вот, письмо от отца. Снится одно и то же! Я успеваю побыть полноценным Последним Хранителем и к утру это все потерять. Ничего, мы еще повоюем! Предчувствие мне подсказывало, что отец еще жив. Все остальное неважно. Нужно срочно срываться, лететь в Москву. Может, успею?