— Послушайте, Кэнди, — перебила ее Донна, — вы можете просто сказать мне, что это за товар, который мы не смогли получить и почему? Пожалуйста!
Донну не удовлетворила речь Кэнди о Германии, Европе, Джоджо О'Ниле и Джеке Кроуне. Она хотела точно знать, что происходит. Кэнди помрачнела, задумчиво глядя на Донну.
— Он такой же, как всегда, дорогая. Снимки детей. Вы понимаете, о чем я говорю, не так ли? — Она сузила глаза, как щелочки, и с подозрением посмотрела на элегантную женщину, сидевшую перед ней.
Донна тяжело вздохнула.
— Я прекрасно понимаю, о чем вы говорите, но просто хочу знать: какого черта ничего не вышло?
— Модем больше не работает. Кто-то нам помешал, врубился в нашу линию. Нам пришлось остановиться. Посылать товар по телефону — это здорово, но мы поняли, что часть его уходит на сторону. Кто бы это ни делал, он поставил своей задачей систематически влезать в нашу систему. Это может быть и правительство. Но я так не думаю. Это может оказаться Интерпол: они с недавних пор вынюхивают насчет детского порно. Однако я думаю, что на нас наехал какой-то сутенер, хакер, черт бы его побрал! В любом случае, как вы знаете, мы приостановили все ненадолго. Но Джек собирается установить другой канал — с Мальдив. Мальдивский канал заработает через несколько недель. Джек также собирается снабдить канал с таким количеством паролей, что потребуется Эйнштейн, чтобы разобраться в них, мать его! Я думаю, проблема с Интернетом. Иногда мы подключаемся к главному компьютеру сами; у нас есть там кое-какие контакты. Только нужно, чтобы наши собственные контакты стали более труднодоступными. Это мы и попытались сделать. Система с Мальдив будет посылать все прямо в Германию. Мы полностью обойдем Лондон, и это только к лучшему. Мы все оставим в руках семьи Краутц, а сами попросту будем получать деньги.
— Когда возвращается Стефан?
— Сегодня или завтра. Все зависит от обстоятельств. Я ненавижу, когда они уезжают на охоту. Честно говоря, меня от этого мутит. Я терпеть этого не могла, когда жила в Таиланде. Но мужчинам это нравится. Они шастают по горам в поисках девочек, а на чайных плантациях полно грязнух, которые только и ждут, чтобы их купили за несколько монет. Мы держим их год, а потом приезжают их отцы и либо договариваются с нами, либо забирают девочек домой. Они такие странные, эти азиаты, вы же понимаете. Они готовы продать собственных бабушек за несколько рупий. Я думала, что всего уже навидалась в Таиланде. И на Филиппинах это уже привычное дело. Но там это тянулось годами. А здесь это всем в новинку, и люди из шкуры выпрыгивают, лишь бы отдать нам своих детей. Они такие безобразные шлюшки! В большинстве своем — именно такие. По крайней мере, в Таиланде девочки хорошенькие, а их миловидность приносит дополнительные деньги. Здесь же у них вид умирающих с голоду, и у них гноятся глаза. Я трачу больше денег на мазь „Золотой глаз“, черт бы ее побрал, чем им на еду! — И Кэнди хрипло расхохоталась.
У Донны возникло желание ударить женщину, что сидела перед ней. Она ждала, пока Кэнди справится с приступом кашля. И заметила, как та сплюнула какой-то сгусток в носовой платок.
— А как идут дела здесь?
Кэнди никак не могла остановить кашель — и она сделала большой глоток воды из стакана.
— Нормально. Недавно к нам приезжали легавые из местных, но мы быстро умаслили их. Парочка девочек постарше и тысяча рупий в неделю их вполне устроили. Но вы должны понять, дорогая: здесь на многие вещи люди закрывают глаза. Кастовая система похожа на ту, что есть в Таиланде. Бедных здесь используют и оскорбляют. Это самый низкий класс. В любом случае они все верят в реинкарнацию. И уверены, что в следующей жизни будут богатыми шлюхами. Поэтому без задней мысли мирятся со своей судьбой. В большинстве своем они невежественны, как куча дерьма.
— Верно! — Одним этим словом Донна поставила Кэнди на место — на соответствующий уровень.
Кэнди посуровела.
— Послушайте, вы, миссис Высокопоставленная Брунос! Ваш старик не мог дождаться того момента, когда смог договориться с нами. И с некоторых пор мы ему хорошенько наподдавали. Я уверяю вас: он тоже в этом участвует. Так что нечего вам тут сидеть и смотреть на меня сверху вниз, леди. Я делаю то, что делаю, потому, что другого не знаю и не умею. Но я не оправдываюсь ни перед вами, ни перед кем бы то ни было. Вы сейчас здесь потому, что все это выплыло наружу. И денежки ваши тают. Так что нечего ставить себя выше меня и моих родных, я этого не потерплю! Вам надо было предоставить долбаному Стефану или Пэдди со всем этим разбираться, дорогая, если вы сами не можете справиться.