– Мы не поедем в Алдридж, – сказал Гидеон. – Мы остановимся у ближайшей фермы и заплатим им за телегу. Надо как можно скорее вернуться назад. Очень похоже на то, что кто-то надпилил ось еще до того, как мы сели в карету. У преподобного есть пистолет, но боюсь, он неважный стрелок, а у больного кучера просто нет сил. Мы должны действовать быстро и по возможности спокойно.
ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ
Ящик Пандоры. Спасение в имени
Сержант Чадвик следил за четырьмя фигурами на футбольном поле. Он откусил плитку шоколада и вынул из кармана плаща бинокль. Поколебавшись, стоит ли беспокоить инспектора Уилера в такую рань, он решил, что босс больше разозлится, если не позвонить.
Доктор Дайер вел двух ученых из НАСА и Тима Уильямсона к школе Кэйт.
– Надеюсь, еще достаточно рано, и никто не обратит на нас внимания, – сказал доктор Дайер, оглядевшись по сторонам.
Они обошли школу, и отец Кэйт показал на каменные ступени, ведущие в подвал для хранения угля. Чтобы девочки не спускались туда, поперек ступеней был протянут провод. Доктор Дайер переступил его и жестом пригласил остальных следовать за ним.
– Миган, лучшая подруга Кэйт еще с начальной школы, сказала мне, что это их секретное место. Они спускались сюда на переменах, чтобы посекретничать и укрыться от ветра. Вчера Миган, соскучившись по Кэйт, пришла в подвал и нашла вот это. Подойдите ближе.
Все столпились вокруг доктора Дайера. Он вынул фонарик из кармана и направил свет на изумрудно-зеленый папоротник, пустивший корни в стену. Мягкий красный кирпич был испещрен именами и инициалами. В центре кружка света виднелась надпись, выглядевшая очень старой, но ее все еще можно было прочесть, поскольку она была глубоко процарапана.
Под надписью был нацарапан круг с четырьмя маленькими кругами над ним.
– Это подпись Кэйт – отпечаток лапы Молли, – объяснил доктор Дайер. – Моя умненькая Кэйт оставила нам послание. Это лучшее доказательство справедливости вашего, доктор Пирретти, соображения по поводу связи между временем и тяготением.
Ученые долго рассматривали сообщение, присланное Кэйт.
– Да-а-а! – выдохнул наконец доктор Джакоб. – Это нечто… очень важное. Не думал, что окажусь свидетелем подобного факта.
Тим Уильямсон, не моргая, смотрел на послание Кэйт.
– Она попала в прошлое! – воскликнул он. – Каким-то образом я сделал машину времени! Эта встреча в Бэйкуэлле на рассвете войдет в историю. Люди будут писать об этом…
– Только если кто-нибудь узнает… – тихо сказала доктор Пирретти.
Неожиданно до Тима дошло, что он сыграл важную роль в самом значительном открытии века – нет, не века, тысячелетия,– и он начал пританцовывать на месте, высоко подбрасывая ноги. Но доктор Пирретти была мрачна. Она хотела что-то сказать, но сдержалась.
– Поверьте мне, Эндрю, – обратился Тим Уильямсон к доктору Дайеру, – я буду работать день и ночь, чтобы восстановить антигравитационный аппарат. Мы воспроизведем те же условия. Если не получится с первого раза, повторим – мы обязательно вернем детей обратно.
У доктора Дайера показались слезы на глазах.
– Мы вернем их домой! Доктор Пирретти разозлилась:
– Будьте реалистом, Тим! Вы не можете сделать это «с первого раза». Имело место случайное стечение обстоятельств. Невозможно знать наверняка, как воспроизвести те же самые условия. А двое беззащитных детей бродят где-то в восемнадцатом веке!
– Не следует недооценивать Кэйт, – сказал доктор Дайер. – Она умна и находчива…
– Знаете, – перебил его доктор Джакоб, который был погружен в размышления и не следил за беседой коллег, – до сих пор наши усилия были сосредоточены на понимании взаимосвязи гравитации и темной материей, а теперь мы должны ответить на вопрос, есть ли связь между темной материей и временем. Предстоит интереснейшая работа…
– Вы только послушайте себя! – воскликнула доктор Пирретти. – Вы уже вписали наши имена в научные книги и энциклопедии и поздравляете себя с этим удивительным открытием! А вы не видите, что в действительности это означает? Это же бедствие! Трагедия для рода человеческого! Это в миллион раз хуже изобретения атомной бомбы! Вы не понимаете, что мы играем роль Пандоры, открывающей свой ящик и выпускающей в мир невиданные ужасы? Подумайте, сколько страшного ежедневно, каждую секунду творится на планете. До сегодняшнего дня единственное, что находилось в безопасности, это прошлое. Вы хотите жить в мире, где прошлое всегда будет открыто для вторжения из будущего? Если мы теперь поступим неправильно, большая часть человечества будет вечно нас проклинать, и совершенно справедливо.
– О чем вы? – стиснув кулаки, спросил доктор Дайер. – Вы хотите сказать, что мы не должны пытаться вернуть детей назад?
Доктор Пирретти перевела взгляд на отца Кэйт и несколько смягчилась.
– Нет, Эндрю. Я не это хотела сказать. Мы должны выполнить свой долг по отношению к Кэйт и Питеру. Я имею в виду, что мы обязаны исправить то, что случилось, а потом предоставить историю самой себе.
Доктор Дайер закрыл лицо руками.
– О боже! Почему это случилось именно с Кэйт?