— Простите, — пробормотал Марк, пытаясь устоять на ногах.
— Ты пролил моё пиво! — с угрозой прошипел аргонец.
Марк понимал, что пиво всего лишь повод и этот верзила просто ищет повод подраться... вернее надрать ему зад, ведь противостоять ему Марк, при всём желании, физически не мог. Аргонец замахнулся и Марк зажмурился, ожидая удара, как вдруг над его головой прогремел низкий голос:
— Никаких драк в моём заведении, Брай! И я не буду повторять это дважды!
Марк почувствовал, как разжалась рука на его загривке и с облегчением выдохнул. Он на всякий случай отбежал от аргонца на пару шагов и только потом обернулся, чтобы посмотреть на своего спасителя. Им оказалась высокая пожилая женщина с суровым выражением лица. И Марк догадался, что это и есть Лавиния Гринботтл, матушка Лави, владелица "Пьяного Осьминога" и благодетельница Тисселя. Сам мальчишка стоял у неё за спиной.
— Ну, тебя и на минуту нельзя оставить, чтобы ты не вляпался в неприятности, — восхитился он.
Затем Тиссель повернулся к Лавинии.
— Это Марк, матушка Лави, мой друг, о котором я тебе говорил.
Она внимательно его рассматривала, не произнося ни слова. Марку стало неуютно под её взглядом и он даже немного поёжился.
— Драсти, — промямлил он несмело.
Лавиния Гринботтл, видимо закончив осмотр, прогрохотала на всю харчевню:
— Давайте-ка я вас накормлю сначала!
И схватив их обоих за воротники, потащила на кухню.
Марк уплетал за обе щеки вкуснейший пастуший пирог и запивал его молоком. Он хотел попробовать пива, но матушка Лави не дала. Сказала, что ему ещё рано. Тиссель просить пива даже и не пытался, потому что знал, что получит по шее.
Марк рассматривал кухню, где на каменных стенах висела разнообразная кухонная утварь, от огромных медных сковородок до разнокалиберных ножей и топориков. В очаге догорали угли, над которыми располагался массивный вертел с остатками дичи. Под второй стеной были полки с посудой и несколько огромных пивных бочонков с краниками.
Марк наконец наелся и сыто отрыгнул, стараясь приглушить неприличный звук рукавом. Пока Тиссель рассказывал Лавинии о последнем рейсе "Бирюзы", Марк украдкой рассматривал её. Как и все аргонцы, Лавиния была очень высокая и крепкая. Орлиный нос и густые седые брови делали её лицо суровым. Взгляд серых, даже стальных глаз, был пронзительным и Марка чуть мороз по коже не продирал от него. У такой точно не забалуешь. Не добавляла ей миловидности и красная, обветренная в морских походах кожа лица, когда Лавиния ещё была одним из лучших китобоев на Открытых Территориях.
Тиссель вкратце рассказал Лавинии про Марка, мимоходом упомянув, что у него провалы в памяти из-за травмы. И попросил приютить его на некоторое время, пока он не найдёт работу и жильё.
Марк снова ощутил, как на него наваливается тревога за будущее и неуверенность в собственных силах. Было странно, что Тиссель так в него верит, ведь сам Марк в себя не верил. Он вспоминал, как жил всё это время, как бабочка-однодневка, полностью полагаясь на своих родителей.
— Я могу поселить тебя в чуланчике за обеденным залом, — она махнула рукой куда-то в сторону очага. Но ты должен уходить рано, до открытия заведения и приходить не раньше заката. Уяснил?
Марк испуганно кивнул. Ну, по крайней мере он не будет спать на улице.
— Всё, мне пора бежать, — опомнился Тиссель. — Капитан Сайрус ждёт.
— Покажи Марку его каморку, милый, — Лавиния Гринботтл потрепала его по волосам и вернулась за барную стойку, к своим посетителям.
— Идём, покажу твоё новое жилище, — схватил юнга Марка за рукав.
Жилище, это было громко сказано. Тёмный закуток за занавеской, где на полу лежал матрас. Под противоположной стеной небольшой стеллаж, заполненный всяким старым барахлом. Это было похоже не на комнату, а на старую кладовку.
Тиссель привычно пошарил по полкам, достал оловянный подсвечник со спичками и чиркнув, зажёг свечу. Дрожащее пламя заскакало по стенам нервными тенями.
— Я тут жил раньше, — улыбаясь сказал Тиссель.
«Как можно улыбаться, вспоминая, что жил в этой норе?» — думал Марк, оглядываясь по сторонам.
Тиссель неведомо откуда достал большую красную подушку и тонкое одеяло, сшитое из цветных лоскутов.