Марк старался не смотреть вниз, просто карабкался наверх, к кабинке. Что он будет делать потом, если доберётся до неё, он не знал.
— Давай за ним! — услышал он снизу.
— Сам давай, я высоты боюсь!
Марк нервно усмехнулся: минус один.
—Вот ты дебил! — возмутился второй и кинулся к лестнице.
Он взбирался быстро и ловко, как обезьяна. Чувствовались сила и годы тренировок. Расстояние между ним и Марком стало стремительно сокращаться.
Вот вверху уже виднеется кабинка крановщика.
— Пожалуйста, будь открытой, — молился про себя Марк.
Но добравшись до неё, вдруг понял, что она его не только не спасёт, а ещё и послужит ему могилой. Там громиле будет удобнее расправиться с ним.
Поэтому миновав кабинку, он вылез на стрелу и на четвереньках пополз по ней, стараясь не останавливаться.
— Ты что творишь? — заорала горилла, появившись возле кабинки. — Давай, возвращайся! Я тебе ничего не сделаю!
«За пакет переживает» — понял Марк и ускорился.
Теперь он видел, что было внизу — поле, огромный котлован, похожий на озеро с чёрной водой и вдалеке шоссе, по которому скользили огоньки автомобильных фар.
Лёгкие порывы ветра заставляли Марка сильнее хвататься за железные перекладины. Ещё не хватало, чтобы его сдуло ветром.
Если этот мужик побоится ползти по стреле за ним, то у Марка есть все шансы отсидеться здесь до утра, пока не придут рабочие.
Горилла подумала несколько секунд и на карачках двинулась за Марком.
«Господи! Телефон! Мне же дали телефон для экстренных случаев! Как я мог забыть!»
Марк, если бы мог, надавал бы себе пощёчин. Он, стараясь сохранить равновесие, вытащил пакет изо рта и прижал его второй рукой к железной рейке. Затем залез в задний карман брюк и вытащил телефон. Нажал кнопку, и экран осветил его лицо мертвенно-синим светом. Он ткнул пальцем в единственный контакт. Ответили моментально.
— Марк? Где ты?
Радость и облегчение, что он не один в этой жуткой ситуации, придали ему сил.
— Я на стройке... на кране!
— Пакет?
— Со мной! Но меня преследуют!
— Где ты находишься?
И в этот момент громила схватил его за лодыжку. От неожиданности Марк выпустил телефон и тот, переворачиваясь в воздухе, стремительно полетел вниз и исчез в темноте.
Марк взвизгнул как девчонка. Вцепившись в пакет, он со всей силы лягнул своего преследователя и вырвал ногу. Удар видимо попал в цель, потому что тот глухо рыкнул, но снова поймал его ногу и дёрнул на себя.
— Тебе нужен пакет, морда?! Так вот он! — заорал Марк, поднимая над головой жёлтый пакет, так, чтобы мужик его видел.
Хватка на щиколотке ослабла.
— Эээ, пацан, не делай глупостей!
Но Марк уже был в состоянии аффекта и плохо соображал.
— На, возьми его! Фас!
И бросил пакет, в разверзнувшуюся внизу темноту, вслед за трубкой.
— Гадёныш! — заорал громила, а затем мощным ударом кулака, сшиб Марка с железной стрелы крана.
Марк понимал, что сейчас умрёт. Он летел спиной вниз, глядя, как удаляется от него стрела башенного крана. Как в замедленной съёмке. Он ощущал свист ветра в ушах и думал, что это последнее, что он почувствовал в жизни. В последний миг он машинально попробовал сгруппироваться.
От удара об воду в котловане он почти сразу потерял сознание. Почти. Удар выбил воздух из лёгких и они стали судорожно сокращаться, пытаясь вдохнуть воздух сквозь тяжёлую толщу ледяной чёрной воды. Марк безвольно и медленно погружался на дно, не в состоянии пошевелить ни рукой ни ногой, в полном параличе.
Перед тем, как умереть, он увидел, странное свечение со дна глубокого тёмного котлована. Как будто маленькая звёздочка необычного цвета пускала яркие лучики.
«Лавандовый цвет, я знаю, это называется лавандовый» — было последнее, о чём он подумал, не отрывая взгляда от звёздочки.
Темнота сомкнулась и поглотила его сознание.
Глава 2. Контрабандисты.
Сначала была боль. Такой силы, что перед глазами взрывались цветные круги. В лёгких нестерпимо жгло огнём, болели все косточки, мышцы, сухожилия. Казалось болит всё, даже воздух вокруг. Он по-прежнему не мог дышать. Корчился, но вдохнуть так и не получалось.
А потом пришёл звук. Мощный, громыхающий, железный. Как будто ритмично работали огромные поршни, от которых содрогалось всё вокруг. Затем послышалось сильное шипение и свист, будто какая-то машина выпустила сильную струю пара.
Что происходит? Разве он не умер? Или всё же есть загробная жизнь и он сейчас на её пороге? Но почему так больно? Разве боль не атрибут земной жизни?