Каз-Даим просмотрел чертежи и улыбаясь посмотрел на Рида.
— Ого! Это же потрясающе! Рид, тебе лучше остаться с нами. По ходу могут возникнуть уточнения.
Рид посмотрел на Марка и тот согласно кивнул. Механик потёр руки в предвкушении. Он любил свою работу.
Марк оставил им мешочек с туками, пообещав привезти остальное на днях. Надо бы продать ещё один кристалл. К тому же следовало переправить сюда всё купленное для подъёмника.
Раздалась протяжная сирена и работы в гроте возобновились.
«Теперь ясно» — рассуждал Марк, — «когда на горизонте появляется корабль, работы останавливаются, чтобы не привлечь ненужное внимание грохотом и шумом. Хорошо место отдалённое и здесь редко кто ходит».
Когда попрощавшись, они усаживались в бот, который должен был их доставить на борт к матушке Лави, Каз-Даим схватил проходившего мимо Тисселя за воротник.
— Всё хотел спросить тебя, малой, ты же кмех?
— Наполовину, — буркнул тот.
— Запомни, кмехов наполовину не бывает! Ты либо кмех, либо нет.
Затем потрепав по волосам, подтолкнул к боту.
***
Когда их окружили неприметные люди в сером и сковав за спиной руки, накинули мешки на головы, Марк пытался сообразить, где они прокололись. И главное, что им могут предъявить. Он не знал, что именно известно сороконожкам. И как? Где-то рядом, всё это время шныряла сороконожка, а они ничего не заметили. Как много они успели узнать?
Агенты погрузили их в ожидающий рядом закрытый ходомер и увезли в неизвестном направлении. Марк задрал голову, чтобы из-под мешка попытаться рассмотреть куда их везут, но тут же получил ощутимый удар под рёбра.
— Сиди смирно.
Когда сидящий рядом Тиссель попытался что-то сказать шёпотом, ему тоже досталось несколько пинков.
Только матушку им не удалось угомонить. Не взирая на их грубость, она крыла их отборными моряцкими ругательствами и судя по всему больно пинала ногами. Марк то и дело слышал охи и вскрики агентов.
— Никому не позволю прерывать мой отдых с друзьями! — орала она. — Мы специально на рассвете выехали на прогулку, развеяться, полюбоваться красотами и я не позволю каким-то сороконожкам испортить мне удовольствие! Лучше бы сами как-нибудь попробовали! Вы знаете как сейчас красиво на Озёрной Ладезии? Нет? Я так и знала! Что вы можете знать об этом прекрасном заповедном острове двенадцати озёр! Дикари! Только и знаете как людей ни за что, ни про что хватать!
И Марк вдруг понял, что она делает! Она приготовила им алиби. И теперь они на допросе будут говорить одно и то же. И ведь не подкопаешься! Ай да матушка Лави!
— Спасибо за чудесный отдых, матушка Лави, — выкрикнул Марк. — Я так давно мечтал там побывать.
Убедившись, что друзья её поняли, она наконец замолчала.
С его головы резко сдёрнули мешок. Марк стал оглядываться, пытаясь понять где он. Остальных куда-то увели. Скорее всего их разделили, чтобы было удобнее допрашивать. Известная тактика.
Он очутился с мрачном и сыром подвале. Окон не было вовсе, и на массивном столе в углу горела свеча. Её тусклое пламя нервными тенями танцевало на каменных стенах, придавая всему действу ещё большей зловещести. Ещё на стенах Марк с отвращением заметил вбитые железные кандалы и цепи. Позади тёмными хищными провалами зияли зарешеченные камеры, с горящими на стенах между ними факелами.
Ничего себе атмосфера! Как в каком-то средневековом ужастике. Только жаль, что он не в кинотеатре. Сидел бы себе в удобном кресле, закидывался попкорном и насмехался, что фильм недостаточно страшный.
Пока он оглядывался по сторонам, из-за стола в углу раздалось глухое покашливание. Присмотревшись, он увидел человека в плаще с надвинутым на глаза глубоким капюшоном. Перед ним на столе, Марк увидел свои вещи, которые вытрясли из его карманов при аресте. Его сатифа, ключи от квартиры, которые он носил с собой больше по привычке, ещё какие-то мелочи и мёртвый мобильный. Только серпетилий и ножен не было.
Конвоир больно ткнул его в спину, подталкивая ближе к столу.
Человек что-то писал на листе бумаги, не обращая на Марка никакого внимания. Марк терпеливо ждал.
Наконец человек отложит перо.
— Марк Тулл?
— Он самый, — ответил Марк. — Кто мне объяснит, что здесь происхо...
— Где вы были сегодня, после того, как покинули Вельту на боте Лавинии Гринботтл?