Над криками ужаса и предсмертными хрипами раздался умоляющий голос Кайлуса:
–Не используйте свои силы, прошу вас! Не злите их еще больше!!
Леор взял Сару за руку.
–Побежали, ребята! К машинам! – и не оборачиваясь, исчез вместе с плачущей Сарой где-то в убегающей толпе.
Марианна уже пришла в себя и могла бежать самостоятельно. Уцепившись в Руксуса, она сделала несколько шагов в сторону, но мальчик её остановил. Она обернулась, бледная и едва стоявшая на дрожащих ногах.
Руксус отпустил подругу и побежал к Каме, который старался догнать остальных на неспешной скорости своей коляски. За его спиной уже появились фанатики.
Мальчик на какое-то мгновение остановился. Вот она, смертельная опасность, прямо перед ним, и эти существа хотят его смерти, но что не менее важно, хотят лишить жизни близких ему людей.
Всего секунда промедления стоила того, что какой-то мужчина встал сбоку от Каме, и смерив мальчика мимолётным взглядом, одним ударом в лицо повалил его на землю. Коляска опрокинулась.
Вновь охваченный злобой, Руксус встал чуть ближе. Мужчине на вид немного за тридцать, долговязый, но худой, с тёмной жиденькой бородкой. Руксус едва доставал ему до середины груди, однако всё равно вцепился тому в руку и закричал:
–Отстаньте от него!
Фанатик ошалело посмотрел на него, лёгким усилием скинул с себя. Мальчик плюхнулся на землю.
–Тебя тоже убью, тварь, – прохрипело существо.
За его спиной подоспели другие. Женщина и юноша, охваченные охотничьим азартом, принялись бить Каме ногами, особо не целясь. Было видно, что им доставлял удовольствие сам процесс.
Долговязый со всей силы ударил пытающегося встать Руксуса в лицо, уселся сверху и нанеся ещё два грубых удара, в которые вкладывал явно всю силу своего худощавого тела, и принялся душить мальчика. Где-то рядом кричала Марианна.
Словно сквозь глухой шлем он вспомнил отчаянную просьбу наставника Рольха. «Не используйте свои силы»! Но что делать сейчас, когда из него медленно и с очевидным удовольствием выдавливают жизнь?
А пошло оно всё в Варп, злобно подумал Руксус и поднял правую руку к лицу долговязого. Вырвавшееся пламя обожгло кожу до костей, мужчина истошно закричал, вновь остро завоняло жареной плотью. «Теперь горите вы», злорадно подумал мальчик, ногой отпихивая ещё кричавшего детоубийцу. Руксус на него больше ни разу не глянул, но знал, что ему уже не жить. Он не особо контролировал выпущенный на волю огонь, так что гарантированно проплавил голову врага до самых костей.
Юноша и женщина продолжали бить Каме, который ещё продолжал сопротивляться. Руксус сделал пару шагов в их сторону, собрался с силами, постарался успокоить бушующий разум. Об бешено бьющимся сердце, готовым вот-вот выпрыгнуть из груди, мальчик уже даже не думал. Сконцентрироваться, глубоко вдохнуть… Конечно, было бы неплохо превратить в дымящиеся кости всю эту толпу, но едва ли он сможет помочь Каме, потеряв рассудок или мутировав. Идея впускать тварь из Имматериума в своё тело тоже не сильно прельщала маленького псайкера.
На какое-то мгновение его остановил страх неудачи. Он ещё не выпускал пламя на такое расстояние, особенно по живым, движущимся целям. А вдруг случайно заденет Каме? Он же ещё не умеет так хорошо контролировать форму и силу своего огня!
Внезапно фанатики упали, словно их ударил невидимый молот. Руксус поспешил к другу, поднял, положив его руку себе через плечо.
–Ты как, дружище? Ну же, не молчи!
Каме приподнял голову, и Руксус увидел, как на его лицо, покрытое следами страшных побоев, течёт из-под волос густая струя крови.
–А я уже решил, что это конец… – с трудом прохрипел Каме, – и меня просто забьют до смерти. Спасибо, Руксус, – он улыбнулся сквозь боль.
–Мелочи. Просто держу своё слово.
Тут он на мгновение увидел рядом Альберта, вспотевшего, с сосредоточенным выражением лица. Через мгновение взгляд мальчика стал рассеянным. Руксус свободной рукой поманил его.
–Пойдем, Альберт, быстрее! Эти твари не щадят никого!
Находящийся неподалёку Кайлус, продолжавший руководить эвакуацией учеников, почувствовал использование Руксусом пси-сил. «Проклятый мальчишка. Теперь у школы будет еще больше проблем». Тут он заметил самого мальчика в толпе, тащившего на себе избитого Каме; рядом семенил Альберт, напуганный и довольный собой одновременно.