В то утро Каме с самого утра вел себя странно, часто улыбался будто сквозь силу и постоянно отвечал невпопад, словно думая исключительно о чём-то своем. Марианна это заметила, Руксус насторожился, Альберт не придал особого значения.
Когда Каме отправился на занятия, перед этим со всеми как-то странно попрощавшись, Марианна с озадаченностью в голосе спросила:
–Что это с ним? Руксус, ты заметил?
–А что не так? – с улыбкой спросил вечно неунывающий Альберт. Марианна многозначительно посмотрела на него, и предположила, что на данный момент мальчика очень радует присутствие какого-то подобия хлеба в его тарелке. Некоторым так мало надо для счастья!
–Каме обычно очень серьёзный, сосредоточенный, ответственный, – решила она всё же объяснить, – недаром он был лучшим учеником школы до твоего прихода, Руксус. Ты очень быстро затмил его.
–Глупости. Он куда талантливее меня, но ты права – сегодня с ним действительно что-то не так.
–Неужели вы опять что-то не поделили?
–Вовсе нет. Я бы сказал обратное: мы даже встали на путь примирения, наконец-то. Так что дело тут явно в другом.
Он в волнении прикусил нижнюю губу, задумавшись. Последние месяца два даже некоторые преподаватели вели себя странно, как например Кайлус, который иногда смотрел на него так, словно очень хотел что-то сказать, но каждый раз сдерживался. Руксус не придавал этому большое значение, хотя похоже, всё же стоило. Тут он понял, что руководство школы и Каме знают что-то, чего не знают они.
–Может, ему что-то приснилось…ну такое, особенное,– предположил Альберт. – Нас ведь часто посещают такие сны. – Он посмотрел на Руксуса, и тому внезапно стало не по себе. «Альберт всё понимает насчёт меня».
–Кто знает, – Руксус демонстративно пожал плечами. – Может, ты и прав, но не сомневаюсь, что скоро мы сами всё узнаем.
Интеллект и интуиция Руксуса не подвели его и на этот раз: поздним вечером, когда яркое сионское солнце уже скрылось за горизонтом, в коридоре послышался уже такой знакомый, едва слышный скрип колёс. Ребята, до этого замершие в тревожном ожидании, оживились, едва не бросившись на встречу, но Руксус остановил общий порыв одним властным движением. Неужели я действительно могу быть лидером, успел рассеянно подумать он.
Дверь тихонько скрипнула, и на пороге появился их долгожданный друг и брат. Его коляску, к всеобщему удивлению, катила Ронна. Лицо наставницы искажала непередаваемая скорбь; она едва не плакала.
–Привет, Руксус, ребята, – Каме виновато улыбнулся. – А я вот всё же…решил… решил приехать… – слова застревали у него в горле.
Руксус, отказывающийся верить в то, что видит, неестественными движениями, словно кукла, подняла с кровати, приблизился, без сил рухнул на колени. Альберт смотрел с широко раскрытыми глазами, Марианна зажала рот, – слёзы тронули её глаза, – а Горацио ничего толком не понимал, но прекрасно чувствуя общее настроение, сжался, словно пружина.
На Каме сидела униформа астропатов, а глаза, раньше имевшие цвет небесной синевы, затянула белая, словно ранний снег, белена. Он улыбался куда-то мимо них, и даже руки его будто утратили свою силу так же, как и ноги.
Руксус взял его холодную ладонь в свою, даже не пытаясь скрыть или убрать слёзы.
–Брат…что же они сделали с тобой? – раздался шёпот.
–Я не хотел таких же проводов, как у Леора, но посчитал, что попрощаться…попрощаться всё же стоит. В конце концов, мы не один год были вместе.
Руксус покачал головой.
–П-попрощаться?.. А куда ты собрался?..
–Я теперь санкционированный астропат на службе у Империума, успешно прошедший священный ритуал Связывания Душ,– Каме придал своему голосу столько твёрдости, сколько смог. – Сам как думаешь, брат?
Руксус явно даже не мог о чем-либо думать на данный момент, – вместо этого он снова покачал головой, попытался поймать взгляд друга, но тот неестественно застыл, смотря ровно в одну точку, куда-то мимо всех.
–Не буду скрывать, – продолжил юный астропат, – мне просто не хватило смелости признаться вам, но повторюсь: я и не хотел никаких проводов. Я пришёл лишь…попрощаться. Ребята, подойдите, пожалуйста.
Альберт подошел первым. Услышав его дыхание, Каме неловко вцепился ему в кисть.
–Да, узнаю это вечно теплую ладонь… Альберт, извини, если я порой был с тобой слишком строг. Ты способный парень, который может добиться многого, если будет увереннее в себе.