–Терпеть. Тут могут находится неизвестные мне механизмы, способные всех нас отправить в воздух при получении постороннего источника энергии. Исполняй мои приказы, смертный, если хочешь вернуться на поверхность живым и относительно целым.
Парень нервно сглотнул.
Они двинулись к темноте, ибо слева, где шумел водопад, был обрыв. Дансен ненадолго задержал взгляд на нём, но когда обернулся, был поражен.
Далеко впереди виднелось что-то, отдаленно похожее на постройки. Отряд двинулся еще медленнее.
Понадобилась ещё пара минут ходьбы, прежде чем Дансен чуть не упал на землю, а Раукан со скитариями застыли на месте.
Всего увидеть было нельзя, но окружающий мрак немного разгоняли большие жаровни, в которых горело пламя. Синее пламя.
А перед ним стояла статуя космодесантника со странным предметом в руке, похожим на посох.
В Ангелах Императора Дансен совершенно не разбирался, в отличие от архитектуры, однако даже ему хватило знаний понять, что броня на Астартес какая-то другая, будто бы чужая. За спиной неизвестного виднелись силуэты целого небольшого поселения.
–Лучше бы мы никогда не находили этого места, – негромко произнёс Раукан в повисшей звенящей тишине.
Глава 18
Канул очередной Сезон Дождей, и на Сиону вновь пришла тёплая, райская погода. Дул приятный, ласкающий кожу ветерок, за окном шумело Море Страхов, вновь открытое для судоходства.
Однако Валерика, работавшая в этот момент над документами, не позволяла погоде себя обмануть.
Верховная настоятельница отложила перо, встала, дав немного воли затёкшим мышцам, прошлась по пустому кабинету. Мирно тикали часы, морской бриз словно убаюкивал, но Валерика была мрачна. Подойдя к фарфоровому чайнику, она налила себе немного чая, надеясь, что хотя бы его приятный вкус отвлечёт её от тягостных мыслей.
Как одной из верховных настоятельниц целой планеты, ей невольно приходилось играть в большую политику, хотя всё, что её по-настоящему волновало, было благополучие её детей. Ради них она терпела, старалась, страдала. В последние годы удача будто бы улыбнулась ей, ибо новая наместница Церкви в школе, госпожа Анна старалась не лезть в дела школы, и дети наконец-то получили возможность спокойно жить и учиться.
Правда, на общую политику Экклезиархии это никоим образом, разумеется, не повлияло, и с того инцидента на Площади Чистоты за эти годы произошло ещё три ритуальных сожжения псайкеров – и само собой, её детей тоже сгоняли туда, для назидания. Каждый раз они были вынуждены смотреть, как бьются в агонии, посреди огня и дыма их более незадачливые братья и сёстры. То были наглядные демонстрации того, что ждёт каждого колдуна, смеющего идти против порядков Империума – и кому хватит смелости сказать, что этим несчастным не давали даже шанса показать себя, доказать свою верность? Многие из них, свято верила Валерика, могли стать достойными слугами Золотого Трона, но Церковь Божественного Императора считала иначе.
Однако вовсе не это беспокоило госпожу верховную настоятельницу. Подобные зверства Церкви существовали всегда, столько, сколько она себя помнила. Из подобного костра её в своё время вытащил предыдущий верховный настоятель этой школы, её спаситель и учитель, великий Гелон. Валерика каждый вечер молилась за то, чтобы его душа обрела покой у подножия Вечного Трона Владыки, хоть и знала, что ждёт каждого человека после смерти. Нет, верховную настоятельницу беспокоило долгое отсутствие инквизитора Тоббе, а так же тревожные слухи, ползущие с окраин сектора. Последние полтора столетия конкретно их клочок космического пространства считался достаточно мирным, – даже на самой Сионе последние битвы отгремели более полутора столетия назад. Тогда пусть ценой определенных потерь, но Имперской Гвардии и Сёстрам Битвы удалось уничтожить зеленую заразу; победа без особой славы, но необходимая. Империум прекрасно знаком и с более тяжелыми потерями. Валерике оставалось лишь молиться, чтобы этот кровавый бич, терзающий Галактику с незапамятных времен, не пришёл сюда, в её родной дом. Она не могла представить себе разрушения школы, гибели коллег и учеников. В таком мире ей уже не будет места.
Очередная волна ударилась о скалы, где-то крикнула парящая в небе морская птица. Если замереть и напрячь слух, можно было услышать отдаленные звуки кипящей жизнью Кардены – стояло послеобеденное время, многие отдыхали после трапезы, так что в школе царила необычайная тишина.
Валерика вернулась в кресло. Сладкий чай, как она и ожидала, не помог.