– Как же мы рады видеть вас, сэр! Сержант Но…
Боковая стена внезапно рухнула, придавив усатого солдата всем своим весом. Дугал едва увернулся, устоял на ногах, с помощью Элео встал. С ужасом старший арбитр увидел, что вся улица была заполонена войсками предателей. Танки, пехота, боевые шагоходы. Краем бокового зрения что-то уловив, мужчина будто против желания стремительно повернул голову.
И обомлел ещё больше.
По улицам Лозории шли украшенные нечестивыми символами Имперские Рыцари. Огромные жуткие машины возвышались над окружавшими их союзники, с ревущим, свистящим рокотом раздавался каждый их шаг. Дугалу даже показалось, что эти противоестественные поделки предателей под настоящих Рыцарей злорадно смеялись, добивая за товарищами ещё тлеющие огоньки сопротивления. И чем дальше продвигалось наступление, тем меньше их становилось. Вся эта какофония сопровождалась какой-то адской музыкой, песнопениями, вырывающимся из транспортных машин с динамиками.
Старший арбитр опустил взгляд и понял, что не только его ошарашил вид этих некогда величественных машин. Бойцы ополчения и ПСС, потеряв командира, казалось, утратили и возможность двигаться, сражаться дальше. Все взгляды были обращены на ало-красно-черных Рыцарей.
– НЕ ПРЕКРАЩАТЬ СТРЕЛЯТЬ! – взревел Дугал. – Огонь, мать вашу, не стоять! Битва ещё не окончена!!
Этот последний отчаянный приказ словно оживил орудия, людей. Арбитры, ополчены и солдаты ПСС вновь принялись стрелять, с ещё большим отчаянием и яростью.
Ещё один снаряд угодил в их позицию. Пользуясь «Химерой», как укрытием, отряд предателей неумолимо наступал. Пули и лазерные выстрели свистели летели вокруг Дугала, волей Божественного Императора пока ещё его не задевая.
Он опустился на землю, вновь перезарядил дробовик. Рядом в этот момент упал ополченец с оплавленным до костей лицом. Мысленно сложив аквилу, старший арбитр достал фрак-гранату из-за пояса, вновь приподнялся, кинул. Одновременно в него попала и пуля, и лазер. Дугал охнул, ругнулся от боли, упал, держась за плечо. К счастью, первое застряло внутри, а второе лишь слегка обожгло кожу, с трудом пробив доспех арбитра. Император хранит, подумал Марк, пытаясь встать.
Лукулла, дети, похоже, я всё-таки не вернусь, простите. Теперь, когда смерть так близко, я понимаю, как же мало времени проводил с вами…И мне так и не суждено увидеть своего неродившегося ребенка. Я даже не узнаю, мальчик это, или девочка…
Для стрельбы было уже слишком близко, так что арбитр достал силовую дубинку, поднялся. Ближайший еретик даже не успел что-либо понять, как ему размозжили голову. Второй успел поднять стаббер, но Дугал пробил сквозь него, ударил плечом. От второго замаха дубинкой предатель полетел вниз, лишившись зубов, лица и целостного черепа.
Раздались новые выстрелы. Марк дёрнулся, едва устоял. Около трёх попаданий, решил он. Но я ещё могу сражаться. Парировав удар противника, арбитр ударил его свободной рукой. Вновь с глухим статическим треском просвистела могучая дубинка Адептус Арбитрес, ломая кости. Краем глаза Марк увидел, как прислонившись к стене, вела огонь из дробовика раненная Элео. Из-под её грудной пластины, пробитой в нескольких местах, обильно текла кровь. Кусок левой щеки, кажется, срезало.
Дугал успел убить ещё одного противника, когда в воздухе раздался рёв, который отличался от остальных, который никто из арбитров ещё никогда не слышал. Время словно застыло, на какие-то считанные мгновения остановился бой. Марк и большинство выживших из его отряда, все, кто ещё мог шевелиться, подняли взгляд.
Небо словно разрезала новая темная стая, уступавшая предыдущей в размерах и численности, но стремительно приближающаяся. Старший арбитр с сильным запозданием угадал в ней знакомые очертания.
Космодесантники Хаоса начали стрелять ещё в полете, только приближаясь. Их смертоносность и метком поражали до глубины души. Болт-снаряд угодил Элео в правое легкое, разорвав всю грудную клетку в клочья. Похожая участь постигла многих, кто ещё сражался рядом с Дугалом.
Вот и конец. Войду я в Свет Императора, не страшась…
Последним отчаянным движением старший арбитр поднял фрак-гранату, приготовился дёрнуть чеку, но страх смерти на мгновение стиснул его сердце. Он вновь подумал о семье, которую больше никогда не увидит, о своём нерожденном дитя. Еретики, увидев, что держал противник, на секунду опешили, и этого мгновения Дугалу хватило, чтобы увидеть, как жуткий Имперский Рыцарь с громогласным свистом стрелял куда-то в невидимую для него сторону.