– Не пойму только, что они там уничтожают, – услышал Руксус словно приглушенный голос брата. – Вояки, будь они не ладны, не особо делятся с нами планами. Впрочем, с чего бы, правда?
Альберт повернул голову, через пару мгновений дернув Руксуса за рукав:
– Эй, смотри!
Руксус глянул туда, куда показывали.
В войсках происходили последние молебны. Священники Полков и Атоллы шли между рядов солдат с кадилами, чашами, и прочими священными реликвиями, распевая псалмы. Отсюда не было слышно, о чем они громогласно уверенно вещают, но Руксус и так примерно представлял. Ненависть к врагу, доблесть защитников Империума, жертва, к которой обязывают всех его граждан… Только сейчас юноша задумался, каким образом человек, едва появившись на свет, оказывается вообще обременен каким-либо подобным серьёзным долгом. Что он такого сделал, что его жизнь становится разменной молитвой в бесконечной войне, которую ведет Империум? Просто родился? «Очередная ложь Церкви», со злобным отчаянием подумал Руксус. Они с тем же рвением обвиняют моих братьев и сестёр, в отличие от остальных граждан отправляя их на костры или заковывая в клетки. А эта безликая, серая, суеверная толпа только и рада им потакать…
Юноша по-другому глянул на собравшиеся на снежном поле людей; солдат, офицеров и комиссаров.
– О чем снова задумался, брат?
Руксус повернул голову, взгляд его по-прежнему задумчиво застыл.
– Им тоже лгут…
– Что? Я не услышал, брат.
– Да так, – юноша будто отряхнулся, – просто подумал о том, что этих тоже обманывают. А ещё…
Где-то вдали снова раздался грохот и гул.
–…а ещё они не готовы к правде. И едва ли будут. Возможно, может быть, это даже ложь во благо…
– Не совсем понимаю тебя. Ты, случайно, не перенервничал перед боем? – Альберт заботливо приложил облачённую в чёрную перчатку руку к его лбу. – На тебя это не то, чтобы похоже, но всё же…
–Нет, я в порядке, брат, не волнуйся, – Руксус с виноватой улыбкой мягко убрал его руку. – Просто непрошенные мысли.
Тут они оба почти одновременно увидели на другом небольшом пригорке, возле металлических шатров могучие силуэты Астартес, будто безучастно наблюдавших за службой. Они стояли к юным псайкерам спиной.
– Ангелы Императора… – завороженно прошептал Альберт. – Эх, многое я отдал, лишь хотя бы поговорить с ними! Хоть недолго!
Руксус, тоже никогда не видевший космодесантников, тоже наблюдал за ними, не отрывая глаз. Могучие воины стояли почти неподвижно, похоже, о чём-то негромко беседуя между собой. «А они, надо думать, не должны нас ненавидеть и боятся», подумал юноша, вспоминая всё, что вообще знал об Крыльях Возмездия, как их ещё иногда называли на Сионе.
– Жить нам, возможно, осталось не так много, брат, – произнёс он вслух, – так что я бы рискнул. Хочешь – оставайся, но уверен, потом ты об этом только пожалеешь.
– Подойти к ним? – засомневался Альберт, однако страха в его голосе не было. – Не уверен, что они вообще нас заметят, но…почему бы и нет. В конце концов это действительно возможно наш последний бой. Пошли.
Гелиора тихо молилась на коленях, изредка бросая взгляды на Руксуса, а Симон пытался хоть-то успокоить нервы, но вместо этого, кажется, лишь больше волновался, но оба посмотрели на удалившихся юношей с восхищением.
Снег в траншеи, перепоясывавших все подходы к Атолле, постоянно убирали, а сегодня он шёл довольно слабо и медленно. Тем не менее шаги юных псайкеров глухо хрустели в этой тишине перед страшной кровавой бурей.
Один из космодесантников, облаченный в несколько иную броню, обернулся первым, заметил два худых, на его фоне, силуэта.
– Кериллан…кажется, у нас гости. Тебе стоит посмотреть на это.
Доспехи этого воина имели чуть более чёрные тона, нежели у остальных, а лицо его, к своей оторопи заметил Руксус, закрывала череполикая маска с красными угольками-глазницами. На поясе висело необычное оружие, которое юноша тоже никогда и нигде не видел.
Обернувшийся космодесантник стоял ещё без шлема, так что псайкеры увидели его открытое, довольно мужественное, благородное лицо. Руксусу оно понравилось, отозвалось едва ощутимой симпатией.
– Потерялись? – с улыбкой, глубоким голосом спросил он, спускаясь с пригорка. Очень слабо разбираясь в космодесантниках, Руксус, тем не менее, заметил, что этот в отличие от остальных носил какую-то серую простую робу поверх обычной силовой брони того же цвета. Все трое собравшихся отличались друг от друга, что ещё больше путало юных колдунов.