– Это так похоже на предателей. Отвернувшись от света Императора, они затем отворачиваются и друг от друга. Предавший однажды, предаст снова. Среди них как правило нет согласия.
– Я прекрасно знаю об этом, госпожа, – терпеливо, с максимальным уважением ответил Эатайн. Не раз работая бок о бок с более опытными коллегами, он привык к их постоянным наставлениям, даже если они звучали не совсем уместно. – Однако их разногласия не обязательно значат слабость. Две силы с одинаковым рвением могут двигаться к одной и той же цели, не мешая друг другу.
– Ты прав, Эатайн. По-прежнему желаю тебе удачи в твоей охоте. Выследи этих ублюдков. Мы должны остановить их, прежде чем нам ударят в спину. Кстати, они всё ещё добираются сюда? Как много им осталось?
– Не так много. В конце концов, я послал зов сразу же, как ситуация обострилась. Если верить последним сообщениям, им осталось всего сутки-двое, максимум – чуть больше.
– Отрадная новость. Не думаю, что Серапис окончательно падёт к тому времени. В любом случае, мы успеваем. Как там бой?
– Имперская Гвардия сдерживает врага, как я и предполагал. Простые солдаты, как всегда, проявляют чудеса стойкости и самоотверженности, проливая кровь на службе Ему.
– Если она не смоет всех предателей, то не вижу поводов для удовлетворения. Продолжаем поддерживать связь. Святой Трон, направь нас…
Я не понимаю, почему.
Эта мысль терзала голову Андроатоса, словно зубья цепного топора.
Я не понимаю, как они ещё держатся. Почему не дрогнули, почему стоят насмерть, неся фатальные потери. До сих пор мы ломали их защиту – так почему сейчас не можем? Что останавливает нас?
Предводитель Чёрного Похода не сводил взгляда с карты и показателей когитаторов. Происходящее не только озадачивало его, но и вызывало неимоверное раздражение. Это, кажется, почувствовал и проклятый колдун.
– А ведь я предупреждал, – почти пропел Аларон Змеиный Глаз. – Не стоит недооценивать фактора внезапности.
– Лучше бы ты мне сказал, чем он вызван, и почему рабы Анафемы начали противиться неизбежному именно сейчас, когда наша победа так близка, – прорычал Чемпион Кхорна.
– Мой дорогой друг, мне приятно оказаться правым, но ты меня не так понял, да и злишься зря. Их сопротивление временно, и вот-вот треснет, словно деревяный прутик.
– Надеюсь. Но ты поздно запел – я уже отправил своих космодесантников и приказал готовиться к бою даже Череполомам.
Чернокнижник громко, довольно показательно усмехнулся.
– Даже им? Настолько не веришь собственным бойцам?
– Хватит попыток смеяться надо мной, колдун. Твой дар ценен, но если ты не прекратишь, то я орошу твоей кровью весь капитанский мостик. Видит мой владыка, ненавидящий твоего, что моё терпение не бесконечно.
– У тебя, возможно, ещё будет на это время, – вновь усмехнулся Аларон, на этот раз загадочно.
– Разумеется. Что там с мальчишкой? Ты его ещё чувствуешь?
– О да, щенок ещё жив, и даже чувствует моё присутствие, хоть и смутно. Пытается скрыться от меня, но это напрасный труд. Сейчас, когда ему придется во всю силу использовать свой дар, прятаться точно не выйдет.
Андроатос задумчиво обошёл карту.
– Возможно, Череполомам придётся за него взяться…
– Твоим отборным воинам-терминаторам? – фыркнул колдун. – Брось. Щенок умрёт гораздо раньше.
Андроатос по-прежнему не верил ни единому слову Чемпиона самого лживого божества из Пантеона, однако был склонен поверить его словам. Линия фронта всё-таки понемногу продавливалась, хоть и не так быстро, как ему хотелось.
Он посмотрел в огромный иллюминатор слева от себя. Корабли как раз выпускали новую порцию десантных капсул.
Удачи тебе, Селтигар. Мы через многое прошли вместе, так что не вздумай умирать на этой забытой Богами планете. Нас с тобой ждёт великое будущее. Мы вдвоём закончим агонию давно прогнившего Империума.
Защитники Сераписа прекрасно понимали, что единственная возможность хоть как-то затормозить грядущее наступление, заключалась в артиллерии. Если могучие орудия умолкнут хотя бы на пару минут – фронт рухнет, а за ним падёт весь сектор Фарида. Однако обороняющиеся так же осознавали, что артиллерия, древний бог войны, довольно уязвима на ближней дистанции, и нуждается в прикрытии. Предрекая потери, что она будет нести, генералы и командиры Имперской Гвардии готовились к тому, что враг захочет от неё избавиться.
То была чистейшая истина.