Капитан второй Роты Ордена Непреклонных, Гизар, учился владеть клинком у лучших мастеров, каких ему только могли дать. Сначала это был старый Олфорд, самый старший в Ордене, если, конечно, не считать Древних. Олфорд застал уже трёх магистров, считая Раума, и делился своим четырёхсотлетним опытом бесконечных войн с молодыми неофитами. Отбыв вместе со следующим учителем Гизара, капитаном первой Роты, грозным Маукаром, старый Олфорд значительно ослабил их ряды. Где же сейчас они оба? Выжили, ранены? Или на них ни царапинки, и они до сих пор спешат на Серапис, мстить за родной дом?
Гизар вспомнил всегда суровое, непроницаемое лицо капитана Маукара, казалось, выкованное сталью и закаленное временем. Когда-то он мог занять кресло магистра Ордена, но почему-то не стал. Закованный в ониксово-чёрную терминаторскую броню, вершину мастерства технокузнецов, он всегда возвышался над полем боя. Вернувшись к своим боевым братьям-терминаторам, ветеранам Непреклонным, лучшим из лучших, Маукар первым принял удар, обрушившийся на сектор Фарида, а разыгравшаяся Варп-Буря окончательно отрезала первую Роту от дома.
Гизар искренне надеялся, что его учителя живы, но ещё больше надежд он возлагал на то, что вероятное поражение защитников Сераписа не лишит их право на месть. Капитан Маукар и старина Олфорд должны пролить крови предателей столько, сколько смогут – во славу Горгона и во имя Медузы.
Именно об этом думал второй капитан, уклоняясь от выпадов Варна Краароса. Лезвия цепных топоров свистели у его головы, плеч и рук, однако даже не зацепили щита. Отбив очередную атаку, Гизар сделал стремительный выпад, закрыв при этом левый бок спасительным металлом. Чемпион Кхорна отвёл голову назад, ударил снизу-вверх. Вновь раздался жаждущий рык парных топоров, от которых второй капитан предпочёл уворачиваться.
Первые же их короткие сходки ясно дали понять, что они не сильно отличаются по скорости, мастерству, или силе; все сводилось к тому, что меч и щит Гизара предполагали более защитный стиль битвы, – полная противоположность Варну. К тому же предатель отличался натиском и находчивостью, в то время как Непреклонный предпочитал действовать осторожно, более продуманно.
Он ушёл от топоров влево, произвёл выпад. Клинок свистнул возле шеи берсерка, но даже не задел брони. Последовала стремительная контратака. Левая рука ударила вслед за правой, но по другой траектории. От первой атаки Гизар увернулся, но вторая впилась в его щит. Удар получился слабым, второй капитан решил, что это его шанс. Однако Варн легко увернулся, ударил снова. Щит едва успел закрыть возникшую брешь. Непреклонный чуть отступил, стремясь сохранить равновесие. Один из топоров в это мгновение просвистел возле его шлема.
Видя пусть и короткое, но всё же отступление врага, сын Ангрона поспешил утроить натиск. Первые два его удара ушли в пустоту, а затем последовало наказание. Меч треклятого лоялиста ушёл далеко от его лица, однако второй атаки, уже щитом, он едва успел заметить. Сжатый, но сильный удар заставил его пошатнуться, от следующего выпада он вновь увернулся, пусть и с трудом, поспешил ударить сам, дабы не терять инициативу в бою окончательно. Гизар такого явно не ожидал, едва успев сделать шаг назад. Последовал ещё один удар, довольно размашистый, даже отчаянный. Капитан закрылся щитом и всё же успел зацепить предателя ответным выпадом. Наконец-то брызнула кровь, кровь клятвопреступника.
– Ты неплохо двигаешься, стоит признать, – без одышки, предвкушая большую кровь, с улыбкой произнёс Варн.
– Ты ещё запомнишь прикосновение моего клинка, предатель. Наш дом будет отомщён.
– О да, помню его, – Пожиратель Миров тряхнул раненной рукой, разбрызгивая кровь. Её вид будоражил сознание. – Хорошая была битва, пусть и короткая. Вы бились отчаянно, однако мы всё же сровняли вашу крепость с землёй.
– Проклятый предатель! – взревел Гизар, однако воздержавшись от глупостей. Похоже, именно этого своей жалкой провокацией его противник и добивался. – Мы оросим вашей кровью весь Серапис, и нигде вы больше не будете знать покоя! Мы будем преследовать вас даже на самом краю Галактики!
– Так много пустых клятв… ну давай же, попробуй исполнить хоть одну.
Магистр Непреклонных был участником сотен битв, одержал множество побед над самыми разными врагами, от ксеносов до тварей Имматериума – однако такого натиска от своего противника всё равно не ожидал. «Со своим цепным топором он даже опаснее, чем тот ублюдок с двумя», понял Раум после первых же двух выпадов противника. Отдельную опасность нёс болт-пистолет в левой руке предателя. Несмотря на относительно малую мощность каждого отдельного выстрела, при большом своём количестве они были более чем способны пробить и без того поврежденный доспех магистра. Раум решил не затягивать дуэль, однако Селтигар практически не оставлял ему шансов на контратаку.