–Не смейте переступать через волю Бога-Императора, верховная настоятельница. Мы, Его святая Церковь, говорим Его словами, оглашаем Его волю. Если вы противитесь мне, то значит, смеете противопоставлять себя Ему. Я верно вас понимаю?
Валерика едва сдержалась, чтобы покачать головой. Рядов стоявший Аллистер с инфопланшетом в руках выглядел бледнее мёртвого.
–У меня не было и мысли, господин Весконти.
–Тогда слушайте, что я говорю, – с жаром поспешил ответить молодой церковник. – Систему обучения следует ужесточить. Пока я здесь, ни одна нестабильная колдовская мразь не покинет эти стены, клянусь Его вечным именем!
Порой Весконти снисходил до самых настоящих угроз, ничем не прикрытых. Он не боялся говорить Валерике, что в случае явного неповиновения или хотя бы банальной некомпетентности её просто вышвырнут с занимаемого поста, а вместо неё сядет кто-то более послушный. Иногда, в минуты, видимого, особенного прилива фанатизма, Весконти даже заверял, что в случае переизбытка несостоятельных учеников школу просто спалят дотла.
Валерику не сильно пугали его угрозы; куда сильнее её волновало состояние молодого церковника. Всего лишь двадцать шесть лет, горячая кровь, а разум начисто промыт пропагандой и Имперским Кредо – такой действительно может совершит нечто необдуманное, пусть даже не ради продвижения по службе.
–Что вы собираетесь делать с Весконти, госпожа? – озабоченным тоном после очередного конфликта спросил Аллистер.
–Пока что лишь наблюдать, мой дорогой Аллистер. Он потенциально опасен, с этим невозможно спорить, однако я уверена, что на его рвении ещё можно умело сыграть. К тому же, есть два момента, благодаря которым я могу быть спокойна.
Аллистер вопросительно посмотрел на свою госпожу.
–Во-первых, из-за недавнего бунта местное правительство стало чуть лояльнее относится к псайкерам. Колдуны находились под прямой угрозой, а высшим чинам не хочется изменять своему слову, что, согласись, у нас происходит нечасто. Тем не менее, пока что мы точно вне опасности. Не станет правительство сначала защищать нас, а потом сжигать. Во-вторых, – Валерика лукаво улыбнулась, и эта улыбка заставила Аллистера вздрогнуть. – До сего момента я едва уловимыми импульсами немного, скажем так…манипулировала сознанием Весконти, порой лишь слабо подталкивая его разум успокоится. До сих пор это так же помогало нам.
–В-вы?... Вам хватило смелости влезть ему в сознание?.. Господину Весконти?!
Верховная настоятельница сурово посмотрела в лицо своего заместителя.
–Это необходимо для школы. Я не позволю какому-то зазнавшемуся выскочке влезать в мои дела, и тем более портить дело всей моей жизни. – Тон Валерики сменился, из властного и грозного став усталым и задумчивым. Она буквально провалилась глубже в кресло: – Я отнюдь не всесильна, но Церкви стоит быть осторожнее, играя со мной. Не в моих привычках зазнаваться, но ты и сам знаешь, Аллистер… что я не совсем обычный псайкер. Фанатикам стоит помнить это.
Заместитель с охотой кивнул. В нём говорило не подобострастность, но искреннее согласие. Никого более сильного духом псайкера, чем госпожа Валерика, он еще никогда не знал.
Из-за разразившейся в субсекторе Варп-Бури Тоббе всё-таки решил отложить перелёт на Метаан-3 на несколько дней. Чутьё инквизитора его не обмануло: многие корабли, согласно получаемым сводкам, либо покидали Имматериум сильно поврежденными, либо не выходили из его вод вовсе. Ни разу не огорчившись, Тоббе справедливо решил, что и на Сионе ему есть чем заняться. Для инквизитора на любой планете человечества всегда есть работа.
Следующим утром Тоббе получил известие, заставившее его вздрогнуть. Пусть для всех своих подчинённых он остался таким же хладнокровным, но Роза увидела искру возбужденности глубоко в его глазах. Что-то взволновало её дядю, и девушка гадала, что же это могло быть.
Всю потайную базу инквизитора словно охватила лихорадка; начались проверки. В порядке ли командные протоколы, на месте ли стоят ловушки, в надлежащим ли состоянии находятся запасные пути отхода – и всё в подобном роде. Наблюдая за суетой немногочисленных слуг и охранников, Роза начала что-то подозревать.
Через несколько часов Тоббе оповестили о приходе некоего гостя. Инквизитор с несвойственной ему поспешностью дал своё разрешение.
–Похоже, ситуация на Сионе по-прежнему достаточно неспокойная.
Тоббе поднял взгляд и сделал вид, будто всё это время был глубоко погружен в свои дела.