Какие-то мысли исчезли из моей головы, когда лифт вновь поехал. Сколько времени прошло? Я не засекал, но думаю, что чуть больше десяти минут, но точно меньше пятнадцати. Поднявшись, я посмотрел на Кадавра и кивнул. Тот начал махать сначала одной рукой, держась за свое плечо, а затем второй, разминаясь. Похоже, мой напарник уверен, что прямо сейчас начнется бойня. Готовы ли мы к ней? Если сравнивать с позицией врага, то точно нет, абсолютно. Нас расстреляют и на этом путь закончится, но… Почему-то, в моей голове есть осознание нашего превосходства. Еще немного и двери лифта откроются, после чего не нужно будет гадать. Мы увидим истину, возможно, последнюю. Кадавр перестал разминаться и резко произнес:
– Всего сто лет назад, может двести, многие люди творчества стали обретать свою легенду. Некоторые превратились в мифических призраков: голова одного писателя пропала из гроба. – Не совсем понимал, зачем он про это говорит. Нам нужно готовиться к чему-то сложному, но… Мне хочется его слушать, этот молодой изувер, превратился в мудрого старцы. Я не имел права его перебить, поэтому он продолжил свою речь:
– Кто-то верил в фей, пытаясь доказать их существование всему миру. А кто-то… Стал легендой оккультного мира, превращаясь из обычного человека в демонического зверя. Понимаешь, что это значит? – Даже сейчас не могу ответить. Нет, у меня есть идеи, которые можно высказать и обсудить, но я хочу продолжать его слушать, поэтому просто отрицательно мотаю головой.
– Можно быть в край ебанутым, просто безумным, но… Ты сам строишь свою легенду, а не кто-то другой. – Мне хочется выбить слова Кадавра у себя на лбу, буквально записать в мозг. Почему он так точно говорит о нашем мире? Неужели нужно стать ублюдком, которого в детстве насилуют, пичкают наркотиками и заставляют убивать людей за чью-то идею, чтобы иметь такую истину? Парень подошел ко мне, после чего сказал прямо в ухо:
– Делай, что пожелаешь… Таков закон. – На этом лифт остановился, а его двери открылись.
Никто не убил нас, наоборот, здесь почти нет людей. Мы спокойно вышли из лифта, что с первого взгляда – огромная ошибка. Они легко могли поставить какие-то ловушки и прочее, один шаг и твоя нога уже находится на расстоянии от тела. Однако, ничего такого не произошло. Впереди находился тот самый кабинет Шефа, а посреди комнаты на стуле сидел молодой парень. Именно этот человек дал мне первое задание, заставив убить человека… Как его звали? Смешно, ведь это моя первая жертва. Именно тогда я встал на путь, когда руки омываются кровью. Его имя крутится на языке, только теперь не с горечью, а с какой-то около сладостью. Точно, Саймон, так его звали. Тай смотрел на меня, Кадавр его точно не интересовал, а зря. Уверен, мой товарищ легко может убрать этого человека, а он про это даже думать не хочет. Сейчас он своей целью видит только меня, только, я и не против. Он снова держал в руках тот самый восточный клинок, что выглядит крайне глупо. Конечно, холодное оружие делает тебя куда сильнее, ведь зарезать гораздо тяжелее, чем застрелить. Однако, неужели нужно всегда чем-то выделяться? Почему не нож? Ладно, не мне это говорить. Каждый знает какие у Слэшера зубы.