– Майор, сколько времени уже действует этот ваш Харго? – задал вопрос Траут.
– Первые сведения о нём появились более полугода!
Бригаденфюрер раздражённо произнёс:
– И Абвер совместно с гестапо и службой безопасности до сих пор ничего не знают об этом человеке? Может, вообще и нет этого человека? Фантом, призрак какой-то!
Майор растерянно пытался оправдаться:
– Это слишком секретная группа!..
– На Восточном фронте, майор, Ваши мозги заработают куда активнее! Мы поговорим на эту тему с адмиралом Канарисом! – бросил раздражённо бригаденфюрер.
Штандартенфюрер Рикерт решил несколько смягчить гнев Траута, а заодно отвести удар от своего приятеля Хельмунта.
– Господин бригаденфюрер, совместно с Абвером¸ в частности майором Штоком, мы разработали план по ликвидации этой группы и её командира. Помимо этого надо отметить, что обещанные 10 тысяч рейхсмарок и автомобиль за выдачу этого Харго уже приносят плоды. Правда пока сведения отрывочны и неконкретны, но то, что есть желающие заработать эти деньги, нам на руку. Теперь время работает против Харго!
– И против Вас, штандартенфюрер! – добавил Траут, давая понять тому, что вопрос о дальнейшей его карьере открыт.
Ещё часа полтора рассматривались другие вопросы. Подводя итог совещания, бригаденфюрер Вильгельм Траут не только пожелал, но и настоял об активизации жёстких мер по отношению к врагам рейха.
– Гестапо не должно бездействовать! Оперция «Факел» полностью провалена! Из Берлина пришла резолюция усилить акции против местного населения, особенно против евреев – не жалейте людей и патронов! Если необходимо, задействуйте части СС и местную милицию. Не бойтесь крови, штандартенфюрер! В России Вы с этим успешно справлялись! Через три дня положите мне на стол подробный план Ваших мероприятий. Создайте вокруг этого Сопротивления вакуум! И Вы решите проблему…
Через час после совещания в кабинет Рикерта вошёл майор Шток, он уселся в кресло напротив хозяина кабинета и с благодарностью проговорил:
– Благодарю, Вольф, за поддержку! Этот Траут в самом деле может обратиться к Старику! Адмирал сегодня уже не пользуется у фюрера тем авторитетом, как раньше. И малейший упрёк в его адрес раздражает его, неизвестно, как он отреагирует на звонок Траута!
– Да, Хельмунт, сейчас на Восточном фронте произошёл перелом. Не понимаю, как большевики смогли оправиться от таких потерь! Под Сталинградом русским помогла зима, но сейчас фюрер снова ориентирован на Москву. – Штандартенфюрер бросил взгляд на карту на стене. – Фюрер хочет решить исход войны под Курском. Генерал Лаундберг поделился секретом, его дивизия в скором времени убывает на восток. Нам надо в оставшееся время максимально использовать части вермахта в наших планах!
– Думаю, этот аристократ не запятнает свой мундир еврейской кровью! Так что, Вольф, не особо рассчитывай на его поддержку! – резюмировал разведчик. – Да и в моём отделе есть чистоплюи. Но на войне руки без крови не бывают! Мы с тобой это понимаем!
Штандартенфюрер поднялся и подошёл к старинному серванту, достал из него бутылку коньяка и два фужера.
– Но чтобы навести порядок на юге Франции, нам придётся кровь эту пустить! Уже утверждён план депортации евреев в Германию. В лагеря будут отправлены пятнадцать тысяч единиц. Мы перекрыли перевалы в Испанию и Италию. Сейчас еврейское население массово двинулось в этих направлениях.
Пусть завтра твои сотрудники прибудут к моему заместителю и начнут работать над совместным планом, будут присутствовать и командиры подразделений СС. Акцию назовём «Преисподняя»! – бригаденфюрер был доволен собой. Он любил давать акциям пафосные наименования, считая, что этим подчёркивает свою оригинальность.
Майор Шток только улыбнулся, он знал эту черту своего давнего приятеля. «Вольф и в ряды СС вступил, проявляя свою исключительность, и не прогадал. Я в разведке только майор, а Вольф уже полковник! Он никогда ни перед чем не останавливался, всегда умел использовать ситуацию в свою пользу!..»
И хотя они возглавляли противоборствующие службы, это был тот случай, когда гестапо и Абвер находили взаимопонимание и взаимодействие в служебных и стратегических вопросах.
Штандартенфюрер удобно устроился в кресле и разлил коньяк по бокалам.
– Хельмунт, не расстраивайся! Траут не настолько влиятелен, чтобы вмешиваться в дела Абвера. Думаю, у него в Париже забот и без нас хватает!
– Хотелось бы верить! Наш Старик стал мнителен и осторожен. – Шток не разделял настроения своего товарища.
Видя это, штандартенфюрер протянул бокал с коньяком Штоку и перевёл разговор.