В этот раз конвой сопровождения военнопленных к месту работы будет усилен взводом лагерной охраны. А позже по его убытию охрана объекта передаётся роте охраны Альби, а это уже вопросы коменданта города.
Харго просил разработать и согласовать план операции по освобождению пленных. Он же предложил и предварительный план этой акции.
Капитан Лотрек понимал, что освобождение пленных, которые вольются в его отряд, необходимо. Это может быть для узников единственный шанс выжить, а они, «маки», ещё раз докажут, что Сопротивление живо и ведёт борьбу за освобождение своей Родины.
Кто такой на самом деле капитан Ляйтгеб, знало всего несколько человек. Лотрек ограничил до минимума сведения об операции Харго. В отряде знали, что командир группы разведчиков по приказу Центра убыл в северную Африку.
Селин выехала на выходные в посёлок Камбон в гости к своей «тёте», на встречу с товарищем «Доком». На встрече Селин спросила его о коменданте Альби и поинтересовалась, как его завербовали. «Док» (Лотрек) решил не скрывать от неё ничего. Он резонно считал, что это только усилит ответственность Селин. Если жизнь немца предателя не столь ценна, то жизнь и безопасность легендарного Харго будет иметь другую цену.
Лотрек положил руку на плечо девушки.
– Послушай меня, Селин, этот предатель, как ты говоришь, вовсе не немец, а… – он сделал паузу. – Это Харго!..
– Харго?.. – Только и смогла удивлённо произнести Селин, она сидела несколько минут молча.
Лотрек нарушил её молчание.
– Да, Харго! Тот самый! Но об этом знает узкий круг людей, даже руководитель городской подпольной организации Треймоль не знает, кто такой капитан Ляйтгеб. У тебя будут особые полномочия, ты будешь в курсе всех действий подполья. Без моего согласования в городе не будет проведена ни одна акция! Бернар Треймоль получит соответствующий приказ…
Селин сидела в салоне автобуса, который возвращался в Альби, и всё ещё не могла прийти в себя: этот невысокий, широкоплечий молодой немецкий капитан на самом деле Харго! Она в который раз вспоминала глаза Харго и восхищалась его отвагой и мужеством. Она уже с нетерпением ожидала встречи с «комендантом города». При мысли, что она встретится с самим Харго, сердце её начинало учащённо биться.
На следующий день, в понедельник, ровно в половину первого дня, к киоску подошёл комендант города капитан Ляйтгеб. Он попросил газету и протянул свёрнутую денежную купюру.
Селин растерянно взяла деньги и на какое-то мгновение задержала свою руку в руке капитана, её словно током ударило, и она быстро отдёрнула руку. Офицер внимательно посмотрел на неё.
– Мадам, у Вас что-то случилось?
Селин подняла взгляд и их глаза встретились. Несколько секунд они, молча, смотрели друг на друга. Первым пришёл в себя капитан:
– Милая девушка, Вы мне не дали газету!
Селин совсем смутилась. Ей пришлось проявить усилие воли, чтобы справиться с собой. Наконец, она отыскала нужную газету и протянула её покупателю.
– Пожалуйста, возьмите… – едва пролепетала Селин.
Капитан ещё раз внимательно посмотрел на неё и попрощался.
– До свидания, мадемуазель
– До… свида… ния! – лепетал прелестный голос.
Ляйтгеб отошёл от киоска и медленно шёл по тротуару к себе в комендатуру. Он догадывался о странном поведении своей связной, этой Селин. «Скорее всего «Док» рассказал ей обо мне, хотя может быть этого и не стоило делать. Всё-таки лучше было бы, чтобы я остался в её сознании немцем-захватчиком, а не героем Харго! Хотя только сейчас я заметил, насколько она прекрасна! А её глаза! Да, такие глаза трудно забыть! А может, и не надо забывать?» – спрашивал себя Харго. «Нет! Сейчас война! Сейчас любить нельзя! Кто знает, что нас всех ждёт впереди?.. Не стоит поддаваться чарам этих чёрных глаз! Смотри, Харго, не влюбись ещё!» Ляйтгеб улыбнулся этим мыслям. Шедшая навстречу ему старушка с удивлением посмотрела на немецкого офицера: «Чего этот офицер улыбается, не мне же! Кругом горе, несчастья, а он улыбается! Отольются вам ещё наши слёзы, Господь всё видит!..» Она остановилась и перекрестилась, потом тяжёлой походкой продолжила свой путь.
Примерно такие же чувства рождались и в голове Селин. Только девичье сознание не хотело ссылаться на какую-то войну. Она видела глаза Харго и понимала, что он не просто так смотрел на неё – ей так хотелось думать! А разве она не может нравиться мужчинам? Нет! Она видит и чувствует, какими глазами на неё смотрят мужчины. Но теперь для неё есть только один человек, который может так на неё смотреть. И это Харго!