29.
В нападении на отделение банка в Альби Лотрек решил задействовать только группу Харго. В его отсутствие группу временно возглавил лейтенант Жан Дюкло.
Было точно известно, что машина с деньгами прибудет в банк в 12.00 часов. Сумма была значительна, но ещё не было ни одной попытки нападения на банк, потому немцы вели себя довольно спокойно и беспечно. Доставка денег осуществлялась на легковом автомобиле в сопровождении двух офицеров фельдъегерской службы.
Этим и решил воспользоваться Дюкло. Действовать предстояло быстро и дерзко, в центре города, прямо на центральной площади. План операции был согласован с Харго.
В день акции с самого утра заморосил дождь. Это обстоятельство было только на руку нападавшим. В такую погоду будет меньше и свидетелей. Если всё пройдёт чётко и быстро, то даже те редкие прохожие вряд ли что поймут в происходящем.
Ровно в полдень к банку подъехал легковой «мерседес». Не успели ещё открыться двери, как его с двух сторон вплотную блокировали легковые автомобили. Из них выскочили четыре человека в штатском и, предъявив удостоверения службы безопасности, потребовали, чтобы автомобиль продолжал движение. Один из них, потеснив офицера сопровождения на заднем сиденье, сел рядом. Здесь же находились и опечатанные саквояжи с деньгами. Второй офицер, сидящий на переднем сиденье, под угрозой оружия был быстро пересажен в «опель». В какой-то момент он попытался сопротивляться, но жёсткий удар в печень заставил его согнуться, он в бессознательном состоянии был брошен на заднее сиденье «опеля», а его место занял один из гестаповцев.
Водителю ничего не оставалось, как подчиниться. «Мерседес» в сопровождении двух машин с гестаповцами, набирая скорость, покинул площадь. Операция заняла буквально несколько десятков секунд.
Лейтенант-фельдъегерь только сейчас отошёл от растерянности:
– Господин унтерштурмфюрер, позвольте объясниться?
Сидевший рядом с ним Дюкло на немецком языке бросил:
– Это спецоперация! У нас сведения, что эти деньги, – он бросил взгляд на опечатанные саквояжи, – фальшивые!
– Этого не может быть! – воскликнул лейтенант. – Я два часа назад получал их в банке, лично! В Тулузе!
– Мы это выясним! – улыбнулся Дюкло.
Кажется, лейтенант что-то стал понимать, его рука медленно потянулась к кобуре пистолета, но в бок жёстко упёрлось дуло оружия.
Теперь улыбка сидевшего рядом гестаповца ничего хорошего не предвещала.
– Не заставляйте меня стрелять, лейтенант! Надеюсь, Вы хотите жить? Отдайте мне пистолет! – И он протянул руку.
В этой ситуации лейтенант предпочёл вести себя благоразумно. Все эти деньги, да и все деньги Рейха не стоили его драгоценной жизни, а этот гестаповец или кто он там ещё, не задумываясь, нажмёт на спусковой крючок.
Операция прошла по первому варианту, без выстрелов, и кортеж машин устремился на выезд из города.
Уже через пять минут они подъехали к пропускному пункту. Жан Дюкло приставил пистолет к боку лейтенанта и ещё раз тихо проговорил:
– Господин лейтенант, надеюсь, Вы гуманист? И не заставите нас убивать этих солдат и Вас тоже!
Голос лейтенанта задрожал:
– Вы обещаете мне сохранить жизнь?
– Сейчас всё зависит от Вас! – жёстко бросил Дюкло.
Машины остановились перед шлагбаумом. К передней из них подошёл оберфельдфебель. Нагнувшись, он внимательно осматривал сидевших в салоне автомобиля людей.
Лоран Марсо протянул ему удостоверение офицера гестапо, подписанное лично оберштурмфюрером Фишером.
– В чём дело, фельдфебель? У меня важное дело, я спешу!
Связываться с гестапо оберфельдфебелю не хотелось. Он отдал честь и бросил:
– Пропустить!
Через минуту машины скрылись за поворотом. Фельдфебель, провожая их взглядом, пробурчал:
– Вечно у этого гестапо важные дела! То проверяй тщательно, то они спешат! А чуть что виноватым ты, Ганс, будешь!..
Немного отъехав, Люкло спросил лейтенанта:
– Сколько там? – он бросил взгляд на сумки с деньгами.
– 50 тысяч рейхсмарок и 600 тысяч франков! – ответил тот.
– Что ж, неплохо, больше полутора миллиона франков! Это цена Вашей жизни и Ваших людей! – проговорил Дюкло.
А в это время в кабинете коменданта города проходило совещание с участием всех начальников служб. Рассматривался вопрос об оперативной обстановке в округе. Коменданта особенно беспокоила боеспособность подразделений французской милиции. Ляйтгеб поднял с отчётом начальника милиции Розена. После того, как тот сослался на нехватку вооружения, Ляйтгеб успокоил его: