– В ближайшее время мы сможем помочь Вам оружием. Но Ваши люди не справляются с возложенными на Вас обязанностями! Мы ожидаем от милиции более конкретных мер по борьбе с бандитами! – голос коменданта начинал приобретать металлический оттенок.
Розен опустил голову и боялся смотреть коменданту в глаза. Взгляд капитана Ляйтгеба никто не выдерживал.
Ходивший до этого по кабинету комендант украдкой бросил взгляд на часы, висевшие на стене. Стрелки сошлись на двенадцати! Ляйтгеб подошёл к окну и посмотрел на площадь. С высоты второго этажа он увидел, что у банка стоят три легковые машины, через несколько секунд они тронулись с места. Ляйтгеб облегчённо вздохнул. «Значит, всё проходит чисто! Как жаль, что я сейчас не там с ними, со своими друзьями! Ещё минут десять-пятнадцать, и они сумеют уйти за город. Да, придётся коменданту пошуметь, ну и кто у нас будет виновным в этом преступлении?»
Ляйтгеб невольно посмотрел на начальника гестапо, тот словно ждал этого взора и поднял глаза. Комендант адресовал вопрос ему:
– Что у нас с городским подпольем?
Фишер готов был отвечать:
– Во-первых, мы контролируем городское подполье!
– Каким это образом? – поинтересовался Ляйтгеб.
– Это специфика нашей работы! Если господин комендант не будет настаивать, я не буду об этом здесь говорить! Наши агенты на прямой связи с руководителем городского подполья господином Треймолем.
Во-вторых, некий «Товарищ Док» непосредственно отдаёт приказы городскому подполью. Сейчас мы пытаемся выйти на этого «Дока» и, думаю, в ближайшее время сделаем это! – Фишер гордым взглядом обвёл присутствующих.
Ляйтгеб не сдержался.
– Вы, господин оберштурмфюрер, слишком много говорите о будущем, но видите ли Вы задачи сегодняшние? Что творится в городе сегодня, сейчас?
Вступать в перепалку с комендантом Фишер не пожелал и промолчал.
Прошло ещё минут пятнадцать, совещание подходило к концу, все уже стали собираться, как в кабинет без стука ворвался дежурный по гарнизону офицер. Ляйтгеб вскинул глаза:
– Почему врываетесь без доклада…
Дежурный растерянно остановился, потом залепетал:
– Там, банк! Там…
Ляйтгеб повысил голос:
– Доложите, как положено, лейтенант!
Тот уже несколько успокоился.
– Господин комендант, совершено нападение на машину с деньгами! Прямо у входа в банк!
Ляйтгеб посмотрел на часы.
– Транспорт с деньгами должен был прибыть в банк в 12.00 часов! Прошло восемнадцать минут, почему только сейчас Вы об этом докладываете? – повысил голос комендант.
Лейтенант пытался объяснить:
– Дежурный у банка видел, как к прибывшей машине подъехали машины гестапо и сопроводили её в неизвестном направлении. Пока он разбирался и уточнял, что к чему!..
Ляйтгеб перебил его и повернулся к Фишеру.
– Господин оберштурмфюрер, что это значит?
Фишер побледнел:
– Господин комендант, это не могли быть мои люди!
– Разберитесь и через полчаса доложите мне, что произошло! А сейчас перекройте все выезды из города, усильте патрули на улицах. Этого ещё нам не хватало! Мне не перспективы Ваши нужны, а конкретная работа, господин оберштурмфюрер! – комендант действительно был зол.
Все находящиеся в кабинете поспешно покинули его, никому не хотелось сейчас попасть под горячую руку коменданта.
Через полчаса оберфельдфебель Шульц давал объяснение в гестапо.
– Ваш сотрудник, – он со страхом посмотрел на начальника гестапо, – предъявил удостоверение, подписанное Вами, господин оберштурмфюрер! Я знаю Вашу подпись! Как я могу его не пропустить. Он сказал, что у них важное задание!
– Сколько их было? – зло спросил Фишер.
– Три легковые машины: два «опеля-капитена» и «мерседес». А людей? Точно не скажу, думаю человек десять! – пожал плечами жандарм.
Фишер взорвался.
– Он думает! На фронте будешь думать, фельдфебель!
На оберфельдфебеля было жалко смотреть, он стоял согнувшись, как будто держал на плечах неимоверный груз.
Фишер понимал, что этот таинственный «Док» сегодня переиграл его и выставил перед комендантом не в лучшем виде. И чем вся эта история закончится – ещё не известно! Сейчас начальник гестапо хотел лично во всём разобраться.
30.
Севернее города Альби начинаются Французские Альпы. В предгорьях их и действовал отряд «маки» капитана Лотрека. Отряд контролировал обширную территорию, и немецкое командование было очень обеспокоено его активностью.
В то же время оно понимало, что неудачи на фронтах только будут способствовать проявлению сопротивления местного населения. И если в районе вольно себя будут чувствовать партизанские группы, то это сопротивление будет только возрастать.