– Всем быть наготове! Кто его знает, что ещё произойдёт в эту ночь! – он перекрестился. – Храни нас, Господь!..
37.
Взрыв в комендатуре перерос в пожар. Вскоре прибыли пожарные машины, пожар был быстро потушен, но зданию был нанесён существенный ущерб. В кабинете обнаружили сгоревшее тело, узнать в нём коменданта было невозможно. Но около двери обнаружили полусгоревшее удостоверение на имя капитана Ляйтгеба. В шкафу в нагрудном кармане кожаного пальто с погонами капитана обнаружили фотографию, на которой были изображены миловидная женщина и двое детей. На обратной стороне фотографии надпись: «Моему дорогому Хайнцу от любящей Марики и детей!»
Сотрудники крипо, проводившие расследование, сочли, что тело принадлежит капитану Ляйтгебу. Был сделан вывод: хозяин фотографии на момент взрыва находился в кабинете.
Исчез и начальник отдела гестапо Альби оберштурмфюрер Отто Фишер. Его розыски ни к чему не привели. В тоже время была разгромлена явочная квартира гестапо на окраине города, при этом погибли четыре сотрудника гестапо.
Из показаний солдат охраны одного из контрольно-пропускных пунктов следовало, что оберштурмфюрер Фишер выехал из города незадолго до взрыва. Хотя его в лицо не видели, но машина была с его номерами. А так же установлено, что из города выехал и комендант капитан Ляйтгеб. Но и его тоже никто не видел, предположения строились на показаниях солдат охраны.
Сотрудники криминальной полиции сделали вывод, что Фишер являлся агентом иностранной (вероятно, английской) разведки. Все собранные полицией факты указывали на это. Он уничтожил сотрудников гестапо и капитана Ляйтгеба, который, скорее всего, узнал о нём правду. И ему удалось покинуть город.
Уже через час о происшествии в Альби доложили штандартенфюреру Рикерту. Тот направил в Альби своих сотрудников для детального расследования случившегося. Было сложно представить, что Фишер агент иностранной разведки, но реальность надо было принимать. Ведь даже в Берлине недавно была вскрыта целая сеть иностранной агентуры, в самом штабе Геринга.
Рикерт допускал, что Фишер мог стать предателем, о чём стало известно Ляйтгебу, за что тот и поплатился жизнью.
Безупречная биография до службы во Франции не давала оснований считать его иностранным агентом. Второе было более вероятным: предвидя итог войны и не веря фюреру, он стал предателем. Тем более в его кабинете, который находился в мэрии, нашли неопровержимые доказательства его предательства: иностранная валюта, большая сумма рейхсмарок, блокнот с записями, который подтверждал, что Фишер был не тем, за кого себя выдавал. Непростительная ошибка для агента, но, судя по всему, Фишер уходил спешно. Уничтожить следы он не успел, или это уже не имело смысла. Многие его коллеги с трудом верили этому.
Рикерт знал невероятные истории иностранных агентов. Фишер был либо первоклассным агентом, либо просто трусом, спасающим свою жизнь. Во всяком случае, он человек Рикерта, и именно ему, штандартенфюреру Рикерту, придётся за это отвечать. Случившееся в Альби не способствовало настроению шефа гестапо. Как на всё это посмотрят в Берлине?
В Мюнхен по месту жительства Ляйтгеба было направлено сообщение о гибели капитана Хайнца-Макса Ляйтгеба и представление о награждении его медалью за боевые заслуги.
В аппарате гестапо начались проверки на верность и преданность фюреру и Великой Германии. Кто-то был лишён своих должностей либо переведён с понижением в должности и звании. И эта проверка была проведена не только в Альби. Возникла атмосфера всеобщего недоверия и подозрительности, и это не способствовало работе.
Из всей этой нашумевшей истории в выигрыше оказался оберлейтенант Вилли Хокс. Он не только вышел, как говорят, сухим из воды, но был повышен в звании до капитана и занял теперь уже пустующее место коменданта города. Правда, свой кабинет он перенёс в другое крыло городской мэрии.
Когда гестапо предприняло меры по аресту городского подполья в Альби, оказалось, что всё активное подполье покинуло город. Это тоже списали на деятельность Фишера. Учитывая, что сейф в кабинете коменданта был вскрыт, предположили, что особо важные документы похищены всё тем же Фишером.
Все эти события на некоторое время отвлекли гестапо и службу безопасности от деятельности агентов Сопротивления. Пользуясь ситуацией, подполье успешно вывело свои группы из-под удара гестапо, а заодно провело несколько успешных диверсий.
Жизнь в городе замерла: электростанция взорвана, коммунальная служба парализована, многие учреждения не работали. Так что новому коменданту и новой администрации пришлось приложить максимум усилий для возобновления жизни в городе.