– Правильно, командир, говоришь! Хоть одного фашиста с собой на тот свет заберу! – Гурули сжал кулаки.
– Так и будет! – прошептал Гусейнов и закрыл глаза.
А в это время в кабинете начальника лагеря Хартмана как раз и решалась судьба пятерых арестованных. Собственно, всё было решено ранее, просто комендант Брессоля лейтенант Циглер взял в заложники десять человек гражданского населения и просил прислать ему партию военнопленных. У него в городке подпольщики взорвали грузовик, обошлось без серьёзных человеческих жертв, погиб один солдат. Но лейтенант хотел, чтобы казнь была более масштабной. А этих и так расстреляют, к тому же Циглер обещал Хартману за каждого пленного бутылку хорошего коньяка. Такую сделку Хартман был готов совершать хоть каждый день.
Он отпустил начальника охраны и остался сидеть в кресле. В дверь постучали. Очнувшись от раздумий, Хартман бросил:
– Войдите!
В кабинет вошёл Гармель и застыл у двери.
– Вызывали, господин гауптштурмфюрер?
Хартман поднялся из-за стола.
– Курт! – он обратился к Гармелю. – Завтра утром отправишь арестованных в Брессоль и сдашь коменданту Циглеру, лично. И удостоверишься в проведении акции. Да, он тебе передаст посылку!
– Яволь, гауптштурмфюрер!
«Ну что ж, дорогой Гармель, придётся тебе и заканчивать всю эту историю. Хотя, не будь человека из ведомства Канариса, кто его знает, чем бы всё это закончилось! Кстати, Краузе завтра прибудет сюда!..»
Видя, что начальник о чём-то задумался, Гармель осмелился спросить:
– Господин комендант, я могу идти?
– Да, да, Курт! Вы свободны!
Гармель вышел, а Хартман снова уселся в кресле. Действительно, ему было о чём задуматься. Он уже и сам понимал, что нацистский режим в Германии долго не продержится. Ещё год, полгода и война закончится, и не победой Рейха. Что будет делать он, гауптштурмфюрер Вилли Хартман? Будущее после войны Хартману представлялось неопределённым. И это его беспокоило. «В жизни всё надо делать вовремя! Великий Рейх рухнет, что тогда делать? Комендант концлагеря попадёт в разряд военных преступников, и военного трибунала не избежать.
Золото у меня есть, хватит на всю жизнь! Документы тоже готовы! Стоит уже думать о будущем! Завтра в лагерь прибудет Краузе, может быть, прощупать его настроение? Золото делает сговорчивым любого упрямца. Капитан не очень похож на фанатика! Не ошибись, Хартман!»…
Казнь заложников в Брессоле была назначена на двенадцать часов дня. Уже к девяти часам к зданию лагерной тюрьмы подъехал грузовой автомобиль «опель-блиц» и из ворот тюрьмы вывели арестованных. В плотном кольце автоматчиков их сопроводили к автомобилю. Погрузкой смертников руководил Гармель.
Хартман стоял на крыльце комендатуры и наблюдал за работой своих подчинённых, казалось, он кого-то ждал. Действительно, лагерные ворота отворились, и к крыльцу комендатуры плавно подкатил новенький легковой автомобиль «опель-кадет». Из него легко вышел высокий подтянутый капитан. Увидев его, Хартман направился ему навстречу.
– Рад видеть Вас, дорогой Вальтер!
Они пожали друг другу руки. «Хорошо, что я не работал с агентом Кротом. Сёйчас могли бы не понять друг друга!» – подумал Хартман.
Он пригласил Краузе к себе. В этот момент один из лагерных узников, которые грузились в кузов грузовика, обернулся. Какое-то время он широко раскрытыми глазами смотрел на немецкого капитана, а потом на непонятном для немцев языке истошно закричал и рванулся в его сторону. Солдаты охраны сбили его с ног на землю и стали избивать сапогами. К товарищу бросился один из его друзей, помог подняться и дойти до машины.
Офицеры смотрели на эту картину. Хартман прокомментировал:
– Это Ваше появление, капитан, вызвало такую реакцию этого приговорённого!
– Ничего удивительного, я хорошо сыграл свою роль! Осознать, что тебя так ловко провели, больно! – усмехнулся Краузе. – Представляю сейчас их состояние! Кстати, куда это их?
– Отправляем в Брессоль, там их расстреляют! – равнодушно сообщил Хартман. – Циглер, тамошний комендант, попросил прислать материал для показательной акции! – Он открыл дверь и пригласил Краузе. – Господин капитан, пройдёмте ко мне в кабинет, нам надо с Вами поговорить. Надеюсь, мы поймём друг друга!
А машина с арестованными в сопровождении легкового автомобиля, в котором находился оберштурмфюрер Гармель, выехала за лагерные ворота, там их ждал бронеавтомобиль. Колонна, пройдя через город, выехала на юго-восточное шоссе и направилась в сторону Брессолля.