Лотрек не выдержал и спросил:
– И как проходит высадка?
– Жером, как ты думаешь, что будет с обороной противника, если её три часа будут бомбить 1300 бомбардировщиков да ещё перепашет корабельная артиллерия 70-ти кораблей? – Ловаль, довольный произведённым на друзей эффектом своей речи, остановился.
– Не хотел бы я быть на месте бошей! – присвистнул Лотрек.
– А нам сейчас нужно подумать об обороне моста! – вернулся к теме собрания Ловаль. – Вряд ли немцы согласятся с потерей стратегического объекта! Армад, – майор обратился к Мишелю, – твоя группа переправится на левый берег и произведёт разведку сил и намерений противника!
– Так точно, месье майор! – чётко ответил Армад и вышел на улицу. Действительно, необходимо было как можно раньше узнать о планах немцев и, исходя из этого, действовать.
Уже через полчаса его группа в составе девяти человек в немецкой форме вермахта переправилась на лодках выше по течению и ступила на территорию, ещё занятую немцами. В группе находился радист Шамбер, немецкая радиостанция Торн «F-16» устойчиво держала связь с основными силами.
Пройдя вдоль реки более километра южнее от места высадки, группа приблизилась к мосту. К удивлению Мишеля, противник не собирался атаковать, более того, солдаты спешно грузились в автомобили и готовились к эвакуации. Шамбер по рации доложил об этом майору Ловалю. Тот отдал приказ ждать, он начнёт атаковать, а группа Армада поддержит его. И ещё поступила команда: грузовики захватить в исправном состоянии. Надо полагать, Ловаль хотел захватить грузовики для дальнейшего марша на Дижон и Париж.
Действительно, через несколько минут со стороны моста партизаны начали атаку, немцы, не принимая боя, попытались отойти, но группа Армада Мишеля перерезала им дорогу. Командир дал команду стрелять только по живой силе, транспорт действительно нужен был партизанам.
Снайперы расстреляли водителей, солдаты выскакивали из кузовов машин и попадали под губительный огонь партизан. Сопротивление немцев слабело, и через полчаса бой закончился, около тридцати немецких вояк предпочли сдаться. Партизанам в качестве трофеев досталось четыре грузовика «хеншель 33», бронеавтомобиль Kfz 222 и легковой автомобиль «мерседес», а также 5 пулемётов и большое количество стрелкового оружия.
Среди пленных оказался начальник штаба 4-го моторизованного полка подполковник Йозеф Эберхард. Понимая безвыходность своего положения, он не стал молчать и подробно изложил планы своего командования, при нём находились и штабные документы, подтверждающие слова подполковника.
Стало понятно, что немцы пытаются выстроить линию обороны на западных границах Германии, потому и перебрасывают туда армейские части.
На следующее утро большая колонна техники с людьми выступила в направлении Сент-Этьена и дальше на Лион. В машинах находились бойцы партизанских отрядов и части французской армии и полиции, перешедшие на сторону Сопротивления.
К этому времени немецкие гарнизоны уже оставили многие населённые пункты, так что бойцов Сопротивления местное население встречало с цветами. По всей Франции началось изгнание фашистских захватчиков, а в южной части страны, и свержение вишистского режима.
43.
Стремительное наступление союзников и французской армии на юге страны заставило немцев перебрасывать свои части для сдерживания этого наступления. Это способствовало отрядам Сопротивления без серьёзных потерь захватывать населённые пункты и города, немногочисленные немецкие гарнизоны сдавались. Южные департаменты страны были полностью освобождены.
Город Дижон, расположенный недалеко от слияния рек Сонна и Сена, являлся стратегическим пунктом обороны противника, немцы создали здесь укреплённую оборонительную линию. Когда отряды Сопротивления подошли к городу, они быстро захватили мост через канал Бургонь, но далее продвинуться им не удалось. Стало понятно, что с этого направления без массированных ударов артиллерии и танковой поддержки войти в город будет непросто.
На совещании командиров партизанских отрядов было принято решение атаковать город и попытаться его захватить, не дожидаясь подхода союзников.
По просьбе майора Ловаля местные подпольщики достали подробный план города и подземных коммуникаций. План захвата города приобретал реальность. Когда командиры диверсионных групп собрались, Ловаль обрисовал план действий.