В действительности дело было в том… Галя даже себе никогда не призналась бы в этом. Если бы кто-то другой посмел утверждать это, она бы напрочь отвергла даже гипотетическую возможность подобного.
Ведь она его любила, не так ли? Нет, это не была влюбленность, проходящее подростковое чувство. Это было нечто большее. И когда она поняла, что влюбилась в него? Не исключено, что в тот самый первый день общения с Тимуром, когда они сидели в сочинском кафе у пляжа. Сколько же воды утекло с тех пор…
Галя осторожно посмотрела в глазок и увидела, что Тимур все еще стоит на пороге ее квартиры. Она испуганно отшатнулась от двери и отошла в глубь коридора. Раздался повторный звонок, но она не намеревалась открывать. А что делать, если он будет трезвонить? Если он не уйдет, а останется? Если начнет стучать в дверь и переполошит соседей?
– Галя, я думал, что мы можем пообщаться как цивилизованные люди, но, кажется, я ошибался! – донеслось до нее из-за двери, и тогда девушка повернула ключ в замке и потянула за ручку.
Да, Тимур был все еще там, он никуда не делся. И улыбка с его лица тоже не исчезла. У Гали защемило сердце. Но почему, почему только он пришел к ней? Ведь он не делал этого все эти годы, хотя мог без труда отыскать ее. И зачем он решил снова мучить ее? Или она сама мучает себя, а вовсе не он?
– Проходи! – произнесла она, стараясь воспроизвести тот ледяной тон, который она использовала при общении с ним в своих мечтах. Однако вышло как-то жалко, неубедительно, смешно. Да и не произвело должного эффекта – Тимур ничего не заметил, ни ее обиды, ни подтекста.
Он прошел в прихожую и замер там. Галя указала на центральную комнату, а потом вспомнила, что кровать она так и не удосужилась застелить. Поэтому она потянула его в кухню. Только когда Тимур зашел туда, Гале бросилось в глаза, что в раковине стоит несколько немытых тарелок. Что он о ней подумает?
Хотя почему это должно было иметь вообще какое-то значение? Кто он, собственно, такой? Всего лишь сын крупного мафиози, виноватого в смерти ее родителей, не более того. Причем этот сын и сам был причастен к ряду преступлений, Галя в этом нимало не сомневалась.
– А у тебя здесь миленько… – произнес Тимур, осматривая выцветшие обои в цветочек и некогда белый, а теперь пожелтевший потолок. Галя мучительно покраснела – он что, издевается? Но, судя по тону, Тимур и не думал шутить. Или он в действительности так думал?
– Чем я могу тебе помочь? – спросила Галя, а Тимур взглянул на колченогие табуретки, стоявшие около стола. Помедлив, Галя предложила ему сесть, и Тимур не замедлил воспользоваться приглашением.
Его взгляд упал на корзину с розами, стоявшую на столе. Все было ясно – это он прислал. Поэтому, взяв корзину, Галя всучила ее Тимуру.
– Мне твои цветы не требуются! – заявила она. – Прошу забрать их обратно!
Тимур посмотрел на цветы в недоумении и, пожав плечами, заметил:
– Вообще-то я к ним не имею никакого отношения, но если ты настаиваешь, то я их заберу.
Конечно, он врал, причем так глупо, что Галя окончательно разозлилась. Именно эта мелочь переполнила чашу ее терпения.
– Не посылал? – сказала она, чувствуя, что у нее дрожит голос. – Конечно, посылал, только боишься в этом признаться. Наверное, решил, что можешь меня задобрить таким идиотским образом! Как бы не так!
Тимур удивленно поднял одну бровь и спокойно повторил:
– Галя, поверь мне, цветы ты получила не от меня. Уж извини за откровенность, но у меня нет нужды присылать их тебе…
– Поверить тебе? – заявила она запальчиво. – Когда-то я допустила подобную ошибку и поверила тебе. Но ведь ты сын своего отца!
Улыбка исчезла с лица Тимура, он поднялся с табуретки. Галя швырнула в него корзину с цветами, и молодой человек не стал уклоняться или прятаться за дверь. Она попала ему в колено, но Тимур и бровью не повел.
– Я понимаю, ты до сих пор находишься под влиянием своего прошлого, – произнес он задумчиво, – до сих пор не можешь успокоиться. Очень жаль, ведь ты давно могла бы начать новую жизнь…
Если кто и начал новую жизнь, так это сам Тимур и его папаша, Алишер Казбекович. Они-то стали королями жизни, но их благосостояние зиждилось на крови и преступлениях.
– Я и начала новую жизнь! Только тебе в ней нет места! Так что убирайся прочь! Мне не о чем говорить с такими, как ты!
Галя чувствовала, как глаза ей застлали слезы. Ничего не говоря, Тимур развернулся и пошел к входной двери. Распахнув ее, он вышел на лестничную клетку. Галя же, в порыве ярости схватив корзину с розами, выбежала вслед за ним и снова швырнула ее в Тимура.