Та попыталась сдвинуться, но рука лейтенанта держалась крепче проклятия. Несколько секунд она пыталась вырваться, прежде чем сдаться и лишь в отчаянии наблюдать, как капрал Ким уходит вместе с таинственной винтовкой/дробовиком/БФГ. Оно даже не напоминало ни один из известных ускорителей массы. Увы, увидеть его в деле, сегодня было не суждено. Вместо этого Илене выдали ещё одну «Баньши», вместе с блоком боеприпасов.
Она казалась удручающе обыденной по сравнению с тем, что тут могло бы быть, и что тут могло бы стрелять.
Под пристальным взглядом трёх людей, двоих в броне и одной в своеобразной униформе, Илена попробовала испытать свои новые, улучшенные Составом, глаза на более знакомом оружии. Она до сих пор почти не имела понятия, что это за Состав, но быстро поняла, что про улучшение точности Шепард говорила всерьёз. «Баньши» не такая уж плохая винтовка, но в автоматическом режиме на дальности за пятьдесят метров у неё большой разброс. Однако с новыми глазами сбивать движущиеся цели оказалось… намного легче. Она быстрее переводила фокус, восприятие глубины стало лучше, и интерфейс прямо в глазах обещал отправить внешние визоры на свалку истории!
— …батарианский посол прибыл на Цитадель, и теперь…
— Это же… канал Цитадели? — спросила Илена, отвлекаясь от тренировки.
У одной из людей работал инструметрон — у темнокожей, Лиакорус, если память не подводила азари — и он был настроен на Новостную сеть Цитадели. Шепард, казалось, уделяла передаче минимум внимания, но Лиакорус и Ким прилипли к изображению.
— Батарианский посол собирается обратиться к Совету, — повторила Ким, Илена тоже решила посмотреть. Диктор говорил то же, что и капрал. — Уже делают ставки на то, что он объявит.
— Ставки? — Илена опустила винтовку, поставила на предохранитель, и попыталась заглянуть в экран. — Полагаю, это явно касается нас…
— Ещё как касается, — согласилась Шепард, отходя и давая место Илене. Инструметрон Лиакорус оказался азарийской модели, оранжевого оттенка с примесью золотого, сейчас он проецировал изображение сурового на вид батарианца.
Намного выше виднелись изображения трёх Советников Цитадели. Матриарх Тевос — старая кляча, представлявшая азари в Совете задолго до того, как Илена родилась. Соулон — единственный толстый саларианец, которого Илена видела в жизни. И Витус — тёмный и красивый турианец с белой раскраской на лице, весь такой высокий и суровый, но наверняка полный пыжак в постели. По крайней мере, таково было её личное мнение об этих троих. По правде говоря, кроме Тевос, об остальных представителях Большой Тройки Илена мало что знала. Она ведь стала кровожадной и безжалостной наёмницей в Терминусе именно чтобы свалить подальше от всей этой фигни вокруг Цитадели (и от своих родителей).
— …друзья мои, Советники, — батарианский посол уже начал свою речь. — Я всячески заверяю, что нет никакого кризиса, у нас нет никакого восстания. У меня на руках показания от дюжин свидетелей. Мой помощник только что вернулся с Камалы. Это «восстание» всего лишь сфабрикованная фальшивка наших недоброжелателей. Гегемония сомневается, что этим диким слухам вообще стоит придавать значение. Я отправлен сюда лишь чтобы вновь озвучить ситуацию на местах дабы наши друзья в Совете не тратили больше время понапрасну.
— Они до сих пор отрицают, что у них проблемы? — засмеявшись, спросила Лиакорус. — Надо же, это пари я проиграла.
— Если в системе Индрис нет никаких сложностей, вы не станете возражать против отправки туда наблюдателя? — спросил советник Соулон, беря разговор в свои руки.
— Внутренние дела Гегемонии не зря называются именно так — «внутренними делами», — ответил посол, начиная горячиться. — Со всем уважением, мы настаиваем и просим принимать во внимание наш суверенитет.
— Так же со всем уважением напоминаю вам, посол, что Батарианская Гегемония входит в состав Цитадели, — указала ему Тевос с укоризной. — Мы слышали немало неприятных вещей о Камале. Это правда, что корабли Гегемонии в какой-то момент попытались отбомбиться по поверхности планеты для подавления восстания?
— Корабли готовились нанести удар по террористам, — поправил её посол, с каким-то фырканьем.
— Если вы утратили контроль над ситуацией… — в предположении советника Витуса сквозила угроза. В конце концов, турианцы являлись миротворцами галактики, а согласно всем не относящимся к Гегемонии источникам в системе Индрис сейчас до мира было очень далеко.
Батарианский посол неловко замялся перед возвышающимися над ним голограммами.