* * *
Ирраиль имел полное право злиться. Даже спустя пятнадцать лет Димитрий понимал это в полной мере и не спешил разглагольствовать на эту тему. Им не было оправдания перед системой, перед империей, да и перед друг другом.
Правда была в том, что они натворили тогда дел. Не было конкретной цели учинить членовредительство или вставить палки в колеса. Просто кое-кто пытался выжить и нуждался в помощи. Димитрий же мог эту помощь предоставить в кратчайшие строки. Все было продумано до мелочей: модификация Теодора, чтобы он не засветился в поисковых базах, модификация самого клона Абэ. Перекройка физических показателей, изменение установок. Самым сложным той ночью стала доставка ребят в Леополис, под чуткое крыло дэ Руж. Димитрий был уверен, женщина, знавшая семейство Соболевски едва ли не с младенчества их прародителей, поможет. Но префекта Леополиса на месте не оказалось. А по пятам пошел сам Нандин. Пришлось выкручиваться. Увы, процесс так и остался незаконченным. Это вылезло еще одной проблемой, первый же сканер, мимо которого пройдет мальчишка, мог поднять тревогу, и тогда за дело взялся бы Кальтэной. Грубо говоря, от ошейника невозможно было отвертеться. Пришлось надевать и разделять его структуры, создавать видимость работы, но без последствий. Димитрий не знал, смог бы кто-либо иной из мастеров провернуть тогда подобную авантюру и сумел бы после того отмолчаться на следствии. Но Ирраиль все это сделал и покорно ушел в тень, в глубь подземных городов, где продолжал творить, что вздумается, но уже неофициально. Ирония судьбы в том, что выбрал он для этого префектуру Леополис, словно надеялся еще когда-нибудь увидеть, во что превратились Теодор и отличившийся клон Абэ.
Пятнадцать лет. Димитрий и думать забыл про произошедшее. Согласившись на странное задание Фердинанда, он рассчитывал заработать пару баллов себе в копилку, выслужиться, а не столкнуться с проблемой из прошлого. Подумать только, он даже не вспомнил этих ребят. Стоял, смотрел на них, а вспомнить не мог, покуда модифицированный Тарис Лаен не взбесился. Кому сказать, не поверят. Да и стоило оно того?
Что сделает Фердинанд, узнав, что его доверенное лицо, советник имперского секретариата, замешан в событиях, о которых и знать не положено? Обрадуется или закончит начатое? То, что произошло тем вечером в императорском дворце, было известно лишь по сумбурному рассказу клона Абэ. Димитрий помог… Но, как ни крути, это измена. И караться она будет согласно закону.
В лифте поднимались молча. Все, что можно было сказать, уже прозвучало. Приоритеты были расставлены. Коридор встретил пустотой. Колеса инвалидной коляски скрипели, оставляя грязные следы на ковровой дорожке.
В приемной префекта нашелся Вито в компании Свона и самой дэ Руж. Женщина невозмутимо обрабатывала кожу парня и наклеивала пластыри на алые кровоподтеки. Бывший следователь был явно не в духе, Вито раздражен. Что здесь произошло, только предстояло узнать.
* * *
Сначала один коридор, потом второй. Каменная крошка летела во все стороны, выдалбливая из стен целые куски, разбивая объективы камер и раня людей, застигнутых врасплох. В каменном полу оставались овальные выбоины. Поднявшаяся пыль оседала медленно, ухудшая видимость и делая уцелевшие камеры бесполезными.
Следом хаос поднялся во втором коридоре. И только секундами позже по ушам ударила сирена, поднимая тревогу.
Бойцы Маркуса Биби мелькали то справа, то слева. Но не было времени ни смотреть на них, ни оборачиваться, ни проверять их живучесть.
Тарис бежал. Впервые за неделю он мчался так быстро, как только мог. Это был не экзамен в чертовой Леополиской академии и не попытка уклониться от странного, пробивающего тело насквозь оружия. Сейчас Тарис знал что делает и понимал, за что отвечает. Нана не думала, как и обещала. Зажала глаза, обхватила голову руками и застыла, позволив делать с собой все, что сейчас надо и как надо. Ее сердцебиение превратилось в тяжелый, тягуче-медленный гонг, словно ток, подгоняющий двигаться еще быстрее.
Тарис ускорялся. Чувствовал, как крошится и проваливается под ногами пол, как острая крошка бьет по коленям, впивается в кожу, разлетается на дикой скорости, как свистят смертоносные железные шарики из палок со странным названием «пули».
Тарис боялся. За Нану, застывшую в его объятиях и забывшую, как дышать. За Райго, который, похоже, проиграл свой ментальный бой и мог исчезнуть. Тонкая нить, связывающая его с Иссиа на каком-то невообразимом мыслительном уровне, на миг стала отчетливее. Невольный знакомый, с которым непонятно что связывало, был все ближе. Лаен боялся тормозить, чтобы осмотреться и удостовериться. А как только связь начала истончаться, решился бить сквозь стены. Лишь спустя мгновение подумал, что пора уничтожать камеры. Люди вокруг него застыли в своих движениях. Тарис мчался мимо, не обращая на них никакого внимания, и, лишь когда был почти у цели, слегка расслабился и тут же промахнулся — снес часть стены вместо двери. В его течении времени все замерло. Двое вооруженных застыли с бесчувственным Райго в тот момент, когда собирались зафиксировать его в инвалидном кресле. Сам Иссиа не подавал никаких признаков сознания. Связь же была отчетливой и показывала всю глубину бездны, в которую он упал.