Как все странно вышло-то.
Отец учил, никогда не помогать ГМО… Как говорили её родственники: "Модифицированные — не люди, а монстры, призванные уничтожить человечество изнутри." Не более. Но, чем дольше Нана находилась рядом с Тарисом, тем отчетливее она видела именно человека. Не геном, не мировоззрение, не идеалы и цели, не существо, созданное мастером… Видела отчаянного парня, цепляющегося за самого себя, словно других якорей у него не осталось. Порой, казалось, его синие глаза способны заглянуть в душу, нырнуть в самую глубокую помойку человеческого разума, и вытащить оттуда на свет то единственное доброе, что у человека осталось…
Тариса хотелось обнять, защитить собственной грудью, не дать в обиду, словно он ребенок, маленький, наивный, верящий в бесконечное чудо…
Он выглядел так, ощущался так, когда спрашивал, говорил или предполагал.
— Тарис не ищет чуда. Разочарован и измучен, — неожиданно подал свой голос Райго. Нана улыбнулась и приветливо махнула ему рукой.
— Привет спящая красавица. Как ты? Тарис сказал, у тебя были проблемы.
Райго задумчиво уставился на нее. У нее на уме сейчас было много интересного. Прыжок в зев шахты будоражил, а от обрывчатых образов побега волосы шевелились на затылке.
— Нана, я как бы всю твою подноготную вижу.
— И что ты там видишь?
— Разговор с Биби… он у тебя крутится на подкорке, — он поморщился и попытался сесть, получилось с первого раза, что тоже слегка обескуражило. Боли в теле больше не было, если не считать лицо. — Честно говоря, я удивлен…
Нана молча взглянула на него. От первой их встречи еще недели не прошло, а судьба связала их безжалостно и похоже накрепко.
Райго неожиданно улыбнулся, наверное, опять беззастенчиво читал ее мысли.
— Ты просто фонишь, как…
— Старый радиоприемник, — закончила она фразу, которую выдал Тарис несколькими днями ранее. После чего обняла руками собственные колени и честно призналась:
— Было время, этот человек был для меня эталоном. Но, это не значит, что теперь я побегу за ним как дрессированная собака… ты понимаешь?
Райго кивнул. Тема пошла скользкая и Нана поспешила ее поменять.
— Райго, а ты почему от Абэ сбежал?
Вопрос застал Иссиа внезапно. О таком он не был готов говорить.
— Зачем тебе?
— Ну, я однажды видела младенца клонированного, — прошептала Нана. — У него был полностью натуральный цикл взросления. Подруга родила. Мы с ней на одном потоке учились. Они даже ему проплатили девяносто лет жизни… Ведь… как заплатишь, так и будет… Просто стало интересно, сколько ты жил с… Абе, насколько привык, прежде чем уйти в вольное плаванье, — она на миг умолкла, уставившись на свои израненные ладони. — Райго, если не хочешь, не отвечай. Глупость спрашиваю ведь.
— Я искусственный… — неожиданно ответил Райго, прикрыв глаза. — Считай, что я родился в подростковом теле.
— Это как? — Нана просто потеряла дар речи от такого откровения.
— Просто… — тихо ответил Иссиа. — Открываешь глаза и понимаешь, что ты уже существуешь. Не более и не менее.
Повисло молчание.
— И ты ничего не умел?
— Почему же, умел. Просто память моя была искусственной и мне потребовалась куча времени, чтобы осознать все, что я знаю.
— А история… Тебя сразу сделали…
Райго смешливо на неё покосился.
— Нет, Нана, историю я учил сам.
Поднявшись на ноги, девушка в который раз взглянула на Тариса и, смутившись, поспешила прикрыть его одеждой.
— Он просто… горел, я…
Райго подавил улыбку.
— Я понял. Иди погуляй, осмотрись. Я его одену.
Нана ещё больше занервничала, резко обернулась и уверенно зашагала между ровных рядов сосен.
— Если ты в туалет, то ищи ёлочку, — прокомментировал Райго и рассмеялся тому, как Вагнер возмущённо вскинулась и ускорила шаг.
Вскоре ее мысли перестали бередить его сознание. Иссиа прикрыл глаза и прислушался к себе. Похоже, последние сутки он себе не принадлежал. Ни мыслями не телом. События последней недели были спутаны и вывернуты. Как апогей над ними возвышался старый изувеченный город, поросший лесом и мхом, собственная боль и увечья. Дальше лишь клубок бессвязных образов. Тонкой линией поверх них в голове звенело имя Маркуса Соболевски. И если бы не четкие мыслительные образы Наны об Маркусе, Райго наверно забыл бы и не обратил на это имя внимания. Теперь, зная, что этот человек был там, он хотя бы понимал, за какое воспоминание потянуть, чтобы распутать в своей голове тот клубок событий.