Похоже девушка жила совсем одна и приглашать друзей не привыкла. От этого Тарису было на ее территории неуютно, да и перед самой девушкой как-то неудобно.
Как рассказала Милки, бак наполнялся водой раз в сутки. Пятнадцати литров вполне хватало на одного человека в сутки. Если надо было постирать, для этого была общественная прачечная, если помыться, то городская баня. Туалета в квартире не было, под него был отведен отдельный общественный блок неподалёку. Таких блоков было по одному на каждые десять квартир. Это в свое время помогло увеличить количество жилых площадей и уменьшить общую длину канализационного сообщения.
Райго абсолютно не волновал престранный разговор Милки Вэй. Больше озадачивала та пара коротких фраз, оброненных Тарисом, перед тем, как они спрятались в этом жилище. Нану забрал Абэ. Нану увели с помощью некоего светящегося чемодана. Несложно было догадаться, что он просто воспользовался своим переносным телепортом, который таскал в саквояже. Больше всего озадачило, что применил он это средство к Вагнер. Что она знала такого, что смогла заинтересовать Абэ? Или же дело было в том, что она успела узнать?
Может, на самом деле его интересовал Тарис?
Взгляд серых глаз скользнул по модифицированному. Лаен, похоже набрал в весе за пару дней, по крайней мере сейчас он не выглядел столь тощим, как обычно. Расстроенным он тоже больше не выглядел, так словно мысли о Нане его на время отпустили.
Тарис на полном серьезе слушал рассказ Милки, периодически вклинивая никак не относящиеся к их проблеме вопросы.
— Почему ты хочешь увидеть солнце? — поинтересовался он у девушки. И Райго только и оставалось удивляться степени его самоконтроля сейчас..
— Потому что это мечта, — пожала плечами Милки Вей, — а почему ты ищешь свою Нану?
— Обязан ей помочь…
— А может она тебе просто нравится? — Девушка улыбнулась. — На самом деле, когда человек нравится, причины не нужны ни для помощи, ни для просто встречи. Мы ищем ее, находим, совершаем.
— А тебе кто-то нравится? — Не остался в долгу Лаен.
— Мне нравится мечтать, — на лице опять расцвела улыбка.
— О солнце? — Съехидничал Райго.
— И о солнце тоже — Милки кинула на Иссиа задумчивый взгляд, — а еще о том, что когда-то все вернется на круги своя, и если не мои дети, то мои внуки будут жить на поверхности.
— Почему же ты сейчас не отправишься в один из верхних городов? — удивился Тарис.
— Потому что не сможет дышать на поверхности, — вклинился в их разговор Иссиа. Откровения Милки его раздражали. Еще больше нервировало, что Тарис, похоже проникся новой знакомой. Словно ему Наны мало.
Девушка не обиделась на его замечание.
— Я как те цветы в теплицах, умру без должных климатических условий, — задумчиво протянула она. — В Ио много таких как я, ожидающих очередь на модификацию в течении целых поколений.
Тарис опустил голову на руки и шумно выдохнул.
— Как все двулико… вы поколениями ждете на возможность выйти на поверхность, а нас модифицируют только потому что мы вторые дети в семье…
— Поддержание генотипа легче чем его полное преображение. — Прошептала Милки, — это как с растением. Легче его клонировать, чем поддержать определенный сорт натуральным путем.
Райго фыркнул, но больше ничего не сказал. У него на счет клонирования были свои соображения. Быть одним из сотен таких же однолицых приятелей то еще удовольствие. Никой идентичности и тем более никакого личного пространства и свободы.
— Это все прелестно ребята, но нам надо решить, как мы покинем Ио, — он внимательно взглянул на Лаена, — или ты передумал и остаешься здесь с нежным цветочком Вэй?
Тарис не успел ответить.
Стук в дверь всполошил обоих. Милки не реагировала, продолжая пребывать под телепатическим влиянием.
— Потому что, что такое натуральный цикл воспроизведения для растения? — продолжала она свой монолог, в то время как парни повскакивали со своих мест, — это процесс опыления, созревания плода, и его семян и в конце концов сбор этих семян. Сортировка, обработка, посадка и выращивание.
Решение пересидеть стук тихо не увенчались успехом. Дверь вышибли, а следом за ней в комнату протиснулся встреченный на улице одноглазый громила.
— Уродцы, — зло прогорланил он, сверкая своим единственным красным глазом, — в землю втопчу поганцы!
Циклоп оказался до жути проворным. Бросившийся на него Райго тут же отлетел в сторону. Парня впечатало в стенку и он, потеряв сознание, сполз на пол.
Не обращая внимания на поверженную жертву, гигант взглянул на замешкавшегося Тариса.