А покуда боль наплывала на него резкими нарастающими и стихающими импульсами, взгляд привычно отпечатывал в сознании прохожих. Лысых все еще не наблюдалось. Женщин с татуировками, искусственными глазами, в комбинезонах, или хотя бы отдаленно напоминающих спутницу Маркуса — не наблюдалось. Впрочем, менталист не обязательно должен находится рядом, так ведь? Он мог где-то ждать или тоже откуда-то наблюдать. Проверить это было невозможно.
Маркус Соболевски вышел из здания городского телеграфа спустя пять минут. Осмотрелся, спрятал руки в карманы и двинулся вдоль улицы.
Кэйт подождал, пока он отойдет еще немного, а потом натянул капюшон поглубже и занялся вполне привычным делом — преследованием и анализом.
И как ни странно, боль опыту отнюдь не мешала…
* * *
Вывеска сияла новизной. Огромные стеклянные окна изнутри были затянуты тёмной тканью. Свет просвечивал сквозь неё, но не давал даже намёка на происходящее.
И тем не менее Маркус прекрасно знал что будет внутри. Его источники в этот раз были предельно точны. Магазин генетического товара, а если смотреть в саму суть, то официальное место работорговли.
Глупая ловушка, устроенная Фердинандом. А точнее — его спятившим дедом. Потому что ни один здравомыслящий современный человек не сможет представить себя обладателем и властителем чужой жизни. Но, похоже император думал иначе. Дэйла была права, хватит ходить вокруг да около. С этим пора заканчивать.
Покрутившись на площади некоторое время, Маркус поспешил скрыться. Некоторое время блуждал по городу, умудрился пару раз сменить лицо, прежде чем вернуться домой.
Двухуровневый домик находился в старой части Леополиса, чуть ниже уровня основной массы построек. Одна его стена врастала в скальной массив, деля с ним вход, лестницу и городские коммуникации. Две другие стены были общими с соседними домами. И лишь четвёртая могла похвастать рядом арочных окон, смотрящих на восток. Небольшой палисадник под ними, пару дорожек, лавочка, ограждение и бесконечный обрыв.
Дом был заброшен, как и десяток других, стоящих рядом. Палисадник давно зарос сорняками, ограждение обветшало. Дорожки растрескались, увенчавшись пышными холмиками травы.
Покинутый ярус Леополиса. Лучшего места для укрытия и не найти сейчас. Нырнув в подземный ход возле новенького детсада, Маркус несколько раз свернул в выдолбленных в скале коридорах, прежде его взору предстал нижний уровень поднебесного города. Отсюда к его дому было рукой подать. Но мужчина не спешил, наслаждался открывшимся его глазам виду. Солнце скоро сядет и усеянное облаками небо зальет желтым и красным. Будет красиво.
Будет еще лучше, если запланированное удастся…
Спустя пару минут Маркус проскользнул в родной дом и плотно прикрыл за собой дверь. Робот-уборщик недовольно вжикнул, атакуя щёткой его ботинки.
— Отстань, — фыркнул он, отдернув ногу, и не разувшись прошёл внутрь. Как и ожидалось, мелкая машинка не справилась с уборкой за отведенное время. А значит, придется терпеть её шуршание ещё пару часов.
— Дэйла! — Позвал он и не получив ответа, направился в спальню. Отметил чистую постель и пол, очищенные ровно до пояса занавески и шторы, слой пыли на подоконнике и грязные стекла.
Нахмурившись, заглянул в соседнюю комнату. Раньше он её делил с Ферди, ещё позже отдал брату в единоличное пользование. Сейчас же она продолжала пустовать. Судя по ровному слою пыли на полу, его спутница сюда даже не заходила.
Не было её и в его собственной комнате.
— Дэл?
Она нашлась в детской. Спала с мягкой игрушкой в руках, скрутившись калачиком на посеревшей от времени постели Теодора. Словно ребенок… Маркус осторожно ступил к ней и присел рядом на кровать. Нежно провел пальцами по её щеке. Привычно очертил чёрный завиток татуировки над ее ухом. Женщина продолжала спать. Искусственный глаз немигающе смотрел в сторону двери и никак не реагировал.
Склонившись, прикоснулся к ее губам своими и поймал ее вздох. Отстранился, ловя ее настороженный взгляд.
— Старуха права, вчера я не должен был так себя вести. — Признался он, стоило ей отстраниться.
— Не стоит, Маркус, это уже произошло, — остановила она его. — Что бы ты сейчас не сказал, это уже лишнее.
Он нежно провел по её щеке ладонью, а потом отвернулся.
— Наверное, — взгляд скользнул по пыльным полкам, посеревшим игрушкам, пятну свята, тянущемуся от окна. Время успело стереть из комнаты все краски. Выбелить, выжелтить и даже развести вездесущую грязь. Взгляд выхватывал чёрные пятна грибка, сине-зеленые разводы плесени, следы грызунов и гроздья запыленных мух в старой обветшалой паутине…