В памяти Абэ пронесся тот решающий марафон. Забег на длинную дистанцию, в которой победить мог только один. Кажется, он кричал, переступив через тело последнего противника. Правда, не столько от радости, сколько от ощущения смерти, которым поделился тот человек… Телепатия порой играла злые шутки, то дарила чужой экстаз, то заставляла пережить не свою гибель… И в том, и в другом ощущении было свое наслаждение. Но сейчас момент, чтобы делиться такими воспоминаниями, был неподходящий.
— За спортивные достижения, — коротко ответил Абэ, не углубляясь в ненужные подробности. Романтика, она такая. Всем хочется стать хоть на миг проще и лучше. Ведь "золотая девочка" Клэр тоже не была святой. Бессмертия в подарок не бывает…
Девушка тихо простонала, когда его губы коснулись ложбинки между ее грудей… Крепче обняла его руками, зарывшись пальцами в волосы.
— Нан… А в тот день, когда мы познакомились… — Мысли закончили вопрос за нее. Память Абэ тут же откликнулась ненужными воспоминаниями об их первом знакомстве, сбивая возбуждение. Продолжать расхотелось. Он откатился в сторону и заложил руки за голову. Как он помнил, в тот день Клэр заправски опустошала обойму автомата, выбивая мозговую ткань врага на песчаный грунт. Это было отвратительно.
— Не скажу… — процедил Нандин под ее озадаченным взглядом. — И о том, что ты подумала сейчас, тоже не скажу. Остальным можешь потешить свое золоченое эго.
Возмущённо фыркнув, девушка закуталась в тонкое покрывало и села.
— Ну ты и засранец, Абэ. Знала бы, что ты…
— Не дала бы мне? — Он криво усмехнулся. — Скажи это в голос, Клэр…
Она скептически на него посмотрела и тяжело вздохнула, опуская ноги на пол.
— Может, перестанешь лезть в мою голову без спроса? А то мне даже об измене тебе с Филом подумать стыдно. Никакого личного пространства…
Абэ громко рассмеялся, потирая лицо руками. Порой Клэр молола откровенную чепуху, умело скрывая за ней совсем иные мысли…
— Если бы он хотел, давно бы тебя поимел, Клэр… и никто, ни я, ни ты… ни кто-либо другой ничего не смог бы поделать…
— Верность до седьмого колена, да, Нандин? Я уважаю Фила, но мне откровенно страшно при мысли о том, каким окажется это самое колено».
Глупое воспоминание лезло в голову. Так, словно, могло повлиять на его решения.
Время близилось к полуночи.
Абэ хмуро листал утренний отчет Мидлтона и, вместо того чтобы вникнуть в то, что происходило здесь и сейчас, в который раз прокручивал в голове подростковые приключения.
Клэр никогда не был святой. Он знал это так же хорошо, как и то, что Фил дробил чужие кости одной левой пяткой.
Увы, золотая девочка, как она любила называть себя еще лет двести назад, облажалась. В который раз. Вот только судить её будет не весельчак Фил и не безумец Сатоир. Судить её будет Фердинанд… а он не прощает ни обид, ни предательства.
И то, что вчера он велел не трогать Клэр, не означало, что он не велит заняться ей сейчас, ночью. И, увы, Абэ отчётливо понимал, что в этот раз Клэр дэ Руж рукой не отделается. Прикрывать её дальше просто невозможно, она с лёгкостью утянет его за собой.
Не прекращая листать отчёт, Нандин Абэ вызвал полковника Мидлтона по видеосвязи. Вскоре голографическое изображение развернулось посреди его кабинета.
Закрыв отчёт, начальник имперского бюро внутренней безопасности наконец поднял взгляд на озадаченного подчиненного. Оценил его потрепанный вид и глубокие тени под глазами.
— Доброй ночи, полковник Мидлтон. Я вас внимательно слушаю…
Мужчина помялся, бросил на Абэ тревожный взгляд, а потом начал говорить. Дополняя отчет интересными нюансами. Абэ удовлетворительно кивал, четко улавливая те моменты, которые не попали на бумагу и не были закачаны в базу данных. Полковник действовал предельно четко, как того и желал Нандин. Бытовые роботы-уборщики, закрепленные за домом де Руж, были перенастроены и теперь передавали видеоинформацию прямо в штаб Мидлтона, где видеофайлы вдумчиво анализировались. Из них же выделялось самое интересное и передавалось на обработку в имперское бюро внутренней безопасности. И надо сказать, разница между сведениями, переданными в бюро, и теми, что попали к Абэ на стол, была ощутимой.
Пока Нандин обдумывал, стоит ли посвящать Фердинанда, Мидлтон продолжал говорить, описывая то, что в отчёт не попало. Как оказалось, прошлой ночью, сразу после убийства Алека Швецов, в доме дэ Руж состоялась интересная встреча. Нандин слушал с интересом. Несомненно, его все ещё страдающий ребячеством император тоже был бы не против узнать, о чем шла речь. А потом велел бы Клэр казнить в порыве бешенства… а потом допросить… Потом бы оторвался на нем, Нандин Абэ, за невозможность опросить труп…