После этих слов Казимир нахмурился и наконец осмотрелся внимательней. Нет… все префекты были на месте, но все равно замечание нового императора заставило думать.
Зал молчал.
— Что ж, — положив тяжелый скипетр себе на колени, император обвел присутствующих цепким взглядом, — на повестке дня есть пара вопросов. Первый из них, что делать со свободными ГМО? — И предупреждая назревающие у префектов вопросы, Фердинанд поднял руку, призывая всех слушать. — На данный момент генно-модифицированные поделились на три группы. Первые — подневольные, принадлежащие частным гражданам, в том числе и мастерам. Вторые — свободные в выборе, но подконтрольные империи, и третья группа… дети ГМО, которые приравнены в правах и свободах к обычным жителям. Вы как главные представители полисов должны знать о настроении граждан по отношению к ГМО. И уже иметь кое-какие соображения по этому поводу. Потому прошу озвучить их.
— Простите, мой император, — неожиданно поднялась со своего места Мария Волковски, префект Полоники. Женщина молодая, лет тридцать отроду. Она была коротко острижена и по-деловому одета. — Чтобы иметь соображения, нужно видеть цель, увы, вашей цели вы еще не поведали.
— Хотите цель? Хм… — Фердинанд оперся на подлокотник, внимательно осматривая женщину. — Тогда я вам напомню, почему были позволены эксперименты с человеческим геномом. Во-первых, чтобы повысить продолжительность жизни. — Он начал загибать пальцы, перечисляя. — Во-вторых победить болезни. В-третьих, устранить злокачественные мутации генома. Точка. На данный момент мы уже отказались от долгожительства как от неперспективной для социума ветви развития. Болезни подконтрольны. Да и нынешние работы мастеров сильно отклонились от этих целей.
— Но ГМО… — Мария явно не хотела сдаваться, но слов от охватившего ее возмущения просто не хватало. Казимир тяжело вздохнул и сам поднялся.
— Мой император, — тихо начал он, будучи уверенным, что даже скажи он это беззвучно, все услышат. — Как бы мы ни хотели этого, нам уже не вернуться к первоначальным целям. — Он обернулся, вглядываясь в застывшие лица коллег по профессии.
— Вспомните, нашими предками было принято решение уничтожить все боевые орудия, каким бы они ни были. На замену ему пришли человеческие боевые единицы, уродцы, ГМО. С их помощью закончилась война. Но уже прошло триста лет с момента Перелома, а мы продолжаем насиловать наши семьи, отдавая каждого второго ребенка на нужды Сакской империи. Не потому, что нам это нравится. А потому, что другого варианта нет. ГМО остаются основной боевой силой любого города. Они выполняют сложнейшие операции, лезут в труднодоступные места, могут действовать там, где обычный человек бессилен. Будь это затопленные помещения, бушующий пожар или радиоактивная местность. Они нужны абсолютно везде. Их статус сейчас идеален. — Казимир сглотнул, не находя в зале ни одного одобрительного взгляда, будто уже все было давно решено. Голос дрогнул. — Люди жертвуют своими детьми ради общего блага, лишь бы не повторить того ужаса, а сейчас вы пытаетесь всех их и их потомков сделать подневольными? Разве к этому стремится свободное общество?!
— Я слышал, вначале этого года ваш второй сын потерял голову… — усмехнулся Арания. Плотный, с лоснящимися щеками префект Маврикии.
Казимир проигнорировал выпад, повернулся к Фердинанду и четко, ровно произнес:
— Обычный человек многим обязан ГМО, мой император. Если вы загоните всех гемовцев в подневольные, среднестатистические граждане откажутся от добровольных модификаций и уровень жизни упадет. Наша экономика застопориться. Если же дать свободным ГМО больше преференций, это поставит точку на существовании классического генетического набора. Боюсь, как бы натуральный человек не стал изгоем общества. К тому же опять встанет вопрос о подневольных генно-модифицированных. То, что эти ребята научены послушанию и пожизненному служению, не значит, что у них нет гордости. Потому я бы не советовал вообще менять сложившийся порядок. Более того, почему бы не определить для всех ГМО срок службы, после которой они получат свободу от ошейника и полные права? Эти ребята не виноваты в том, что государство отдает их на эксперименты. Вся их вина заключается в очередности рождения. — В зале поднялся гул, и, повысив голос, мужчина продолжил: — Еще хочу напомнить о категории ГМО, выращенных в пробирках и инкубаторах, клонах. Они встречаются как среди свободных, так и среди подневольных…
Фердинанд улыбнулся, едва заметным жестом прекращая речь.