— Ты был хорошим мальчиком, — прошептал Ирраиль, насаживая на структуры все новые и новые нюансы, — любящим сыном… Ты не смог смириться с жестокостью мира… И стал квинтэссенцией зла… Как же ты прекрасен в своей злобе, Вито.
Последним штрихом была загрузка установок на будущее. Ирраиль не любил данный этап и зачастую не использовал. Но задуманное требовало внимания и к этой детали.
Работа заняла не один час, но она того стоила. ГМО проснется к утру, и, если все получится, вскоре империя встрепенётся, как ужаленный зверь.
***
Покинув совещание, Алек Швецов не пошел на работу. Впервые за многие годы он не доработал несколько часов. Застыв на автобусной остановке, он вдохнул полной грудью, припоминая все события сегодняшнего дня. Тихое утро, внезапно пропавший свет и открытие телепорта. Массу абсолютно одинаковых ГМО и даже его величество императора, с виду совсем молодого мужчину. Ему всегда было интересно, как это, быть отмеченным властью? Он наблюдал за дэ Руж уже многие годы и за Димитрием последние дни… За Мидлтоном — периодически… Но вот императора видеть ранее не доводилось. Словно окунулся в газетную новость, стал ее частью. Странное чувство.
И странный день, полный людей и их власти. Если бы не те фото, его даже не пригласили бы на удивительное по своей сути совещание. Ни тебе обсуждения генома, ран, гнойников, нетипичных повреждений. Дедукция вроде та же, наблюдение, анализ, синтез… но применено по-другому. Не в болезни, не в ране… Другой тип знаний и абсолютно иная жизненная практика.
Било на удивление интересно, чего с главврачом Леополиской больницы не случалось уже давно.
Автобус подкатил почти беззвучно, выбрасывая в воздух клубы водяного пара. Внутри было немноголюдно. Прижав к датчику проездной, Швецов тихонько присел на ближайшее свободное место и привалился плечом к натертому до блеска окну.
Город привычно проплывал мимо него: зданиями, поворотами, подворотнями, ухоженными сквериками. Он даже помнил, как некоторые из них высаживались. Знал сколько труб подведено к ним, какая там система орошения и процедура отопления капризных корней. Клэр дэ Руж, как истинная домохозяйка, пыталась вести порядок даже в самом укромном уголке своих необъятных владений.
Настроение испортилось незаметно. К тому моменту, как автобус подкатил к нужной остановке, Алек Швецов, главврач Леополиской больницы, стал непривычно мрачен.
Произошедшее за последние несколько дней привело его к неутешительному выводу: тихой и мирной жизни пришел конец.
А потому пора подумать о переезде. Возможно, даже под землю. Дрязги империи никогда не заходили так глубоко. А в многолюдных норах всегда хватает работы для врачей: тихой, спокойной и монотонной…
* * *
Дом префекта Клэр дэ Руж стоял на краю Леополиса. Слишком далеко от резиденции. И чертовски близко к восточному пути. Сад нависал над пропастью. Вся восточная сторона смотрела на воздушную арку, падающую с края обрыва, рассекающую небосвод на две части. Уступ, на котором стоял ее дом, почти что висел над пропастью. Да, он был укреплен и крепок. Но, когда смотришь на него со стороны, кажется, что дом и сад, да и весь город возводил настоящий безумец.
Наверное, она действительно была безумна… Потому что не сделала в доме даже сигнализации. Жизнь, которая текла слишком долго, оставалась бесценной… Но… были люди, которых не остановит ни гемовец, ни мораль, ни приличия.
Незнакомый шорох пробился сквозь ночную тишину, сквозь звук заходящего в замочную скважину ключа.
Клэр чуть опустила голову. Ее пальцы все еще лежали на ключе. А мысль уже ушла вперед.
— Добрый вечер, префект дэ Руж, — мужчина выступил из темноты как тень. Женщина медленно развернулась, рассматривая его. Он был одет в черное, его голова замотана банданой, а лицо частично скрыто. Даже руки были затянуты в перчатки. А еще он был увешан оружием. Хоть и спрятанным под тканью, но очертания его не укрылись от Клэр даже в темноте.
— Убийца? — тихо поинтересовалась она.
Человек молча поднял руку к своему лицу, и приспустил пальцами платок, скрывающий его.
— Проситель, — пояснил он, выступая на свет и давая рассмотреть себя.
Лет сорок. Скуластый, с высоким лбом и неожиданно тонкими чертами лица. Рваный шрам под левым глазом. Светлые глаза непонятного оттенка. Косматые брови. Обычный, самый обычный мужчина. Без толики улучшений лица или сокрытия возраста.
Это было неожиданно, и объяснение имелось только одно.
— Ну заходите, проситель… — Клэр дэ Руж уверенно отворила дверь и прошла в дом…
Глава 17