Но толпе было мало. Слишком много преступлений совершила ведьма, опоившая «ядом правды», а потом убившая собственного мужа-Асахида, чтобы править единолично, чтобы никто не мешал ей собственноручно пытать подданных в подземельях и купаться вместе с любовниками в чанах с кровью девственниц. Затмение солнца в день казни ведьмы затмило и разум людей. Не найдя старшего ее сына Керрида, бунтовщики разграбили дворец, вырезав всех, кто попался, и ринулись к домам других Асахидов, кого сама ведьма еще не успела уничтожить. Шолок едва успел спасти десятилетнего сироту - Звердрикра.
- Ее дочери не успели дать родовое имя, - закончил Шолок печальный рассказ. - Родилась она в день затмения, и ее назвали Ребехкара – «свет черной звезды» на языке москатов.
Калтан внимал, опустив жесткие ресницы, сложив у лица длинные крепкие пальцы в перстнях, и карлик не мог уловить спрятанную в черной бороде усмешку.
- Кто ты у Псов, Шолок? Командор, не меньше?
Того как плетью ударили - он резко подтянулся, и словно стал выше и худее. Даже мышцы внезапно наметились под слоем жира. Глаза сверкнули:
- Да. Я – командор Божьих Псов. Был когда-то. Когда ты догадался?
- Давно подозревал, но поймать не мог. Шакал, - презрительно бросил калтан, сжимая рукоять кинжала, но не торопясь доставать его из ножен. – Двуличные выигрывают по мелочам, но проигрывают главные сражения. Проиграешь и ты, Шолок.
Карлик поморщился, заложил руки за спину. Кинжал калтана сверкнул, мгновенно оказавшись в руке. Старый маленький Пес медленно развел в сторону раскрытые ладони, показывая, что безоружен. Впрочем, калтан прекрасно знал смертоносную хватку этих пухлых и безобидных, на первый взгляд, ладоней.
- Это не измена, мой повелитель, - Шолок вдруг опустился на колено. – Выслушай своего слугу…
- Ты никогда им не был, Пес! Вы решили возвести на трон, если не Керрида, то хотя бы калтаниту Ребехкару? Проглотить Равесс? Эта кость слишком велика для вас. У меня уже есть наследник, и вам не позволят…
- Позволят, еще как позволят. Народ сам тебя свергнет и сотрет в пыль дворец со всеми твоими отпрысками - за смерть Владыки на земле Равесса. И коронует Ребехкару.
- Я отменил визит Владыки.
Седые брови взметнулись.
- Даже не перенес, а отменил? Это разрыв дипломатических отношений. И последствия могут быть невыгодными для Равесса. Лига завернет караваны, что проходят через их земли, их союзники взвинтят пошлины. Будет очень много других неприятностей, кроме падения торговли. Да и твой официальный отказ не помешает Владыке прийти негласно, раз уж ему приспичило.
- Сивва предсказала, что все сложится просто замечательно. Пусть приходит. Я, как последний трус, закроюсь в загородном дворце оплакивать погибшего Авессалина.
- Как это поможет остановить бунт в случае смерти натха?
- Будем надеяться, что натху не нужна его собственная смерть, и провидцы Лиги не зря едят свой хлеб. Зачем ему лезть в мое пустое логово? За каким нигом?
- Возможно, за тем, который способствовал бесследному исчезновению Керрида, - предположил Шолок. – Эта причина не приходила в твою светлейшую голову?
- Нет. Получается, зря я не послушал Сивву и не убил Псицу. Значит, народ коронует Ребехкару… В ее-то состоянии?
- Что ты с ней сделал? – в ужасе подскочил карлик. - Напоил «ядом правды»?
- Всего лишь пытаюсь исправить сделанное вами, - усмехнулся калтан, вспомнив предупреждение Ребах, что это зелье на нее не подействует. Вот и выяснили ненароком одну правду о хитроумной Псице. – Для начала поставить ее на ноги. Я, разумеется, не выпущу калтаниту из-под опеки, пока жив. По нашим законам она еще несовершеннолетняя, а я единственный ее родственник, пусть даже настолько дальний.
Маленький командор сжал губы. Глянул исподлобья.
- Не беда, мы никогда не ставим на одну кость. Мы предлагаем тебе, светлейший калтан, вступить в наш орден.
Любопытное предложение вот уже третьему отпрыску древней династии Асахидов. И до Керрида были в ордене магистры из их рода. Зверь, просматривая очередной документ, прищурился поверх свитка: