- Да, - признал белоголовый очевидный факт. – Мы не ожидали… такого Крылатого. И наши ученые пытаются разобраться в случившемся. Так в чем хитрость?
Дункан пожал плечами, совершенно непочтительно усаживаясь на край дамбы. Впрочем, натх тут же последовал благому примеру, использовав в качестве трона камень шагах в пяти от собеседника. Изучив упрямое лицо дерзкого Пса, вынес вердикт:
- На самом деле ты не вэлф, Дункан, хотя твоя истинная сущность не может быть ничем другим. Если каждый Пес таков…
- Каждый, прошедший ритуал посвящения. На самом деле мы другие. Надеюсь, я не сильно навредил своему любимому ордену, - покаянно пробормотал Пес, бросив косой взгляд на задумчивое лицо натха.
- Не сильно, - замерцала улыбка в уголках тонких губ. – Пользы от этого знания никакой, кроме потери иллюзий, что нам может быть известна истинная сущность любого из вас. Но эта сущность все равно не проявится при всем нашем старании.
- Почему же? – удивился синеглазый. – Может проявиться, только если мы сами того пожелаем. Сами решим, быть нам или не быть. Или когда ее инициация происходит в момент смерти человеческого тела. Ведь истинная сущность не умирает, как у пробужденных.
- Насколько я знаю Псов, ты отнюдь не бескорыстно поделился со мной тайной, Меченый.
Тот опять засмеялся:
- Вы все равно докопались бы после такого грандиозного проявления Зверя.
- Учитывая все вышесказанное, я должен сделать вывод, что твоя настоящая сущность… - Владыка прищурился, сделал паузу, словно не мог поверить собственным выводам. - Натх!
Дункан напрягся. Резко бросил:
- Да. И я уже прошел первую ступень проявления.
Владыка разом осел, как снежный ком, подточенный водой.
- Натх! Как же я не почуял тебя, мальчик? Каков бы ни был метод Псов прятать истинную сущность, он слишком хорош, чтобы оставлять его без… присмотра. Да, это может объяснить тот след нига, что я вижу в тебе. Но ты должен понимать, что моим преемником тебе не быть.
- Посмотрим, - невинно моргнули синие глаза. – Ведь ты сам не желаешь своей дочери Радоне участи натха.
Белоголовый процедил:
- Ты слишком о многом сумел пронюхать, Пес.
- Не беспокойся, мне этот факт известен уже лет десять. И не только мне.
- Кто еще знает?
- Еще один человек. И… один не человек. Никто из нас не причинит ей зла, Владыка.
- Если ты посмеешь…
- Не посмею, - твердо сказал Пес. – Но ты должен согласиться снять охранные сферы с нигов и начать свою охоту.
Натх качнул головой:
- Нет. Я знаю, у меня будет больше шансов совладать с нигом Буждой, если поднять его раньше времени. Но после него придет еще худшая Тварь. И уже некому будет ее встретить. Потому я не позволю снять охранные сферы. И не позволю ему, - он кивнул на озеро с драконом, - ни умереть, ни жить. Ни ему, ни Ребах. Пока не буду уверен, что их жизнь не принесет опасности Вавилору.
- А если я открою, кто из них – ключ к Алтарю Времен?
Владыка устало свел ладони у лица.
- Они оба, юноша. Теперь – они оба. Ты хотел отвести наши подозрения от Зверя, наделив Ребах всеми особенностями последней жертвы Алтаря Времен, но в результате получил копию ключа, и она так же хорошо подходит к замку… Ты идешь по трупам и крови, Меченый Пес. Расследование твоих злодеяний нами еще не закончено. Но из последних – Керрид, Верета, Ребах. На самом деле куда больше, если копнуть глубже.
По лицу Дункана пошли красные пятна. Желваки на скулах заходили, но возразить ему было нечего. Потому он перешел в наступление:
- Не тебе упрекать меня жертвами, Владыка. Ты сам – величайший из палачей. Разве не ты удерживаешь изначальные расы в человеческих телах? И разве не ты каждый день убиваешь людей в храмах Истины, воскрешая их нелюдями?
Владыка поднялся, и Дункан заметил гримасу боли, исказившую властные черты.
- Уже не каждый день. Проявления теперь редки.
Синеглазый юноша выпрямился. Чеканя каждое слово, бросил вызов:
- Когда я после твоей смерти стану Владыкой, я верну Вавилор изначальным расам.
Натх улыбнулся почти ласково.