Глава 12
Планы по спасению
Когда древний архимаг зашёл ко мне в камеру, моей первой мыслью было его схватить и заставить силой меня выпустить. Но когда он сказал, что глупая девка, что предала своего хозяина, скорее всего, умерла, так как была отравлена ядом, вот тогда мне захотелось его убить голыми руками. Только мои руки прошли сквозь иллюзию Оркуса, а злорадный смех резанул по и так натянутым нервам. Но самое страшное даже не в этом, а когда он предложил выйти сквозь открытую дверь, и у меня ни хрена не получилось. Вот тогда я испытал полное бессилие. Это говорило, что меня здесь удерживает не только антимагическое железо, подавляющее способности, но и какой-то барьер снаружи, через который навряд ли кто сможет пройти, да и мне отсюда выйти уже никак не получится. Хотя какая-то серая тварь все же проникла внутрь и цапнула меня за ногу, а потом благополучно прошла через чёртов барьер, унося мою кровь сумасшедшему экспериментатору.
После того как дверь с противным скрипом захлопнулась и раздались щелчки запираемых замков и засовов, догадался, что это тоже была иллюзия, но уже воздействующая на органы слуха. Архимаг оказался универсалом, имея несколько сразу способностей. Если первый дар у него — это дар смерти, превращение любой материи в тлен, второй — это иллюзия. Но что-то мне подсказывает, двумя магическими дарами тысячелетний старик не удовлетворился, открыв в себе как минимум ещё пару способностей. Печать повиновения, что основана на ритуалистике и ментальной магии, намекает, что Оркус стал ещё и ведьмаком, а также сильнейшим менталистом, чей словесный приказ не могли нарушить даже сильные демоны. Ещё Оркус не дурак, больше так не подставится, как тогда, когда мы с Таисией застали его в спальне. Он ко мне больше не приблизиться, пока не будет уверен, что я не смогу ему навредить. Это значит, никто меня не спасет, а сам я отсюда не выберусь.
Я ещё долго крутил в голове разные возможности, когда и как смог бы напасть на архимага, но сам же отметал все варианты из-за их несостоятельности. «Меня из этой камеры не выпустят. Да и ко мне не войдут до тех пор, пока не окажусь без сознания», — пришёл я к неутешительному выводу.
Оставалось лишь одно, сделать так, чтобы моё тело оказалось бесполезным для архимага. Для этого необходимо заблокировать все важные узлы и меридианы, разрушив в себе магические способности. Я должен превратиться в обычного человека, в теле которого Оркус будет весьма уязвим, и его будет легко поймать и прикончить. Очень не хотелось делать из себя магического инвалида, но другого способа я не видел. Достав из кольца, подаренного Бель, акупунктурные иглы, коими я открывал свои новые способности, решил ими же их и закрыть. Окунув иглы в соляную кислоту, что должна разъесть созданные узлы, приступил к очень болезненной процедуре. Начал я с узла регенерации, чтобы тело не успевало восстанавливать повреждения, что собирался и дальше ему наносить. Закусив зубами кусок ткани, чтобы моего стона никто не слышал, воткнул длинную иглу в первый узел и чуть не заорал от боли.
Видно, архимаг куда-то отлучился, раз отвлёкся от просмотра «кина ужасов» в кунсткамере. Скорее всего, занялся проверкой моей крови, подходит ли она ему для переселения своей черной души. У меня было достаточно времени, чтобы завершить превращение себя в обычного человека. Об этом Оркус даже не догадается, пока не окажется в моем теле. Внешних следов от тонких игл практически не осталось. Как и предполагал, через пару дней в комнате был распространен газ, что меня беспробудно вырубил, дабы архимаг смог беспрепятственно войти и приступить к своему эксперименту.
Очнулся я от раздирающей боли все в той же кунсткамере. Надо мной стоял все тот же древний старик, что сейчас улыбался, причиняя страдания.
— Ты скоро все равно умрёшь, поэтому не нужно противиться. Тебе лишь необходимо дать себе умереть, тогда все мучения прекратятся, — уговаривал он меня перестать бороться за жизнь, дабы моя душа отделилась от тела, уступая ему место.
«Как бы не так, обратно душу уже не вернуть», — постарался абстрагироваться от боли, что он мне наносил, и включил в себе чувство долга перед всеми ребятами. Я им должен был за то, что поверили в меня, за то, что доверяли, рискуя своими жизнями, за то, что любили меня, каждый по-своему, кто-то как друга, кто-то как командира, а кто-то как парня. Чтобы оправдать их доверие, я должен выжить во что бы то ни стало и дальше продолжить защищать ребят, развивая их магические способности.
Пока меня медленно убивали разными способами, их я взял себе на вооружение, дабы в будущем применить к своим самым лютым врагам, вспоминал каждый миг своей жизни с отрядом Искателей. Я знал, что чувство долга не даст душе раньше времени покинуть бренную оболочку.