Она ничего не сказала, переведя взгляд на мою грудь. Когда она подняла на меня взгляд, в ее зеленых глазах появился непонятный мне блеск.
-Я ведь никогда не смогу уйти от тебя?
-Никогда, - подтвердил я.
Я намотал на кулак ее волосы и потянул за них. Она слегка поморщилась, но не стала сопротивляться, еще раз доказав мне, как чертовски она мне подходит.
Лейни любила проявление моей темноты, и она не смогла бы отрицать этого, даже если бы попыталась.
-Расскажи мне, - тихо попросила она.
Я подождал, пока она посмотрит мне в глаза, прежде чем заговорить.
-Я получил его, убив своего отца, - у нее перехватило дыхание, и глаза расширились от удивления. -Этот ублюдок был жестоким мудаком, который любил вымещать свою злость на жене и детях.
Она снова громко вздохнула, и подняла голову с болью и сочувствием в глазах.
Я покачал головой и посмотрел в сторону.
Мне не нужна была ее жалость.
В ней не было необходимости.
Я вспомнил все воспоминания, которые у меня были связаны с женщиной, которая меня родила. Можно было бы подумать, что у меня, как у самого старшего больше воспоминаний о ней, чем у Романа, но мое все воспоминание о моем детстве были как в тумане.
Как будто мой мозг пытался стереть все остатки того времени, когда я был невинен.
Я почти забыл, каково это было.
Взгляд в глаза Романа ничего мне не напоминал. Его глаза - глаза нашей мамы - были не более чем напоминанием о том, почему я должен был стать таким.
Чтобы защитить его.
Глаза Райкера возвращали меня в прошлое немного сильней, чем это делал Роман.
Я отпустил волосы Лейни и обхватил ее щеку, приподнимая ее, пока она не посмотрела на меня.
Она могла сколько угодно притворяться, но Лейни была невинна, как никто другой.
Черт меня побери, она была девственницей меньше часа назад.
-Чертов ублюдок был сильным, - сказал я, вспоминая ту ночь. -Он был зол, потому что, придя домой, обнаружил, что я собрал наши с Романом вещи, мы собирались оставить его и тот дерьмовый дом позади. Он всю жизнь был злым и раздражительным, а я был неопытен, когда дело доходило до того, чтобы отнимать жизнь. Но я был больше его. Сильнее его. И во мне накопилось достаточно ярости за все эти годы жизни под его крышей... Я просто... словно оцепенел. Я почти ничего не почувствовал, когда он потянулся за кухонным ножом и набросился на меня, пытаясь заставить меня прекратить душить его на кухонном полу.
Лейни переместилась ко мне на колени, слегка дрожа. Вода стала холодной.
Я открыл слив, и встал, держа ее на руках, как только вода начала стекать из ванны, оставшаяся жидкость выплеснулась между нами, пока мы выбирались из ванной.
Я отнес ее в спальню, захватив по пути полотенца.
Она пристально смотрела на меня, когда я поставил ее на ноги у гардеробной и вытер полотенцем, прежде чем сделать тоже самое для себя.
Она выхватила полотенце у меня из рук.
Я замолчал.
-Я могу сделать это для тебя, - мягко сказала она.
Опустив руки по бокам, я позволил ей вытереть меня.
Одевшись, мы снова забрались в постель, я обнял ее, и наши ноги запутались под одеялом.
Она положила свое лицо мне на грудь.
-Я уже стал тебе противен? - мягко спросил я.
Все было так, как я сказал. Ее чувства ко мне не имели значения, она все равно испытывала бы все эмоции, которые я дарил ей раньше.
Но, блять, сама только мысль о том, что она может не захотеть, чтобы я был рядом с ней...
Она обернулась, нахмурив брови.
-Конечно, нет.
Я бы улыбнулся возмущению в ее голосе, если бы мой разум не был так чертовски тяжел в данный момент.
Поэтому я не хотел попасть в ту же ловушку, что и Роман.
Я не хотел быть одержимым девушкой.
Я не хотел, чтобы еще одна моя слабость разгуливала по миру, но черт бы меня побрал, если бы она уже не стала для меня всем этим.
Моей гребаной одержимостью.
Моей слабостью.
-Я уже убивал других людей.
Она мгновение молчала, потом медленно кивнула.
-Знаю.
-И вероятно, убью еще.
И это было не предположение, а заранее известным фактом. Я делаю почти все невообразимое для клуба и тех, кто находится под моей защитой, и я буду продолжать делать это до последнего вздоха.
Она глубоко вздохнула.
-Это я тоже знаю.
Не говоря больше ни слова, я откинул ее голову назад, чтобы она снова прижалась к моей груди, и крепко обнял ее.
***
Я медленно вынул руку из-под головы Лейни.
Она зашевелилась, что-то пробормотала себе под нос, но не проснулась.
Я встал с кровати и посмотрел на нее сверху вниз, на ее маленькое тело, выглядящее еще меньше и оттого гораздо более хрупким в одиночестве на большой двуспальной кровати, королевских размеров и на одеяла, плотно укутавшие ее.
Было уже немного за полночь. После ванны и быстрого массажа, во время которого я жадно провел руками по всему ее телу с каким-то девчачьим лосьоном, который она держала на тумбочке, она быстро погрузилась в глубокий сон.
Я еще некоторое время бодрствовал и наблюдал за ней, но теперь мне нужно было уходить.
Были незаконченные дела.
Мой разум восставал против мысли оставить ее здесь, без защиты, но я бы не оставлял ее здесь столько раз одну, если бы сам не охранял это место.
Это просто моя чрезмерная опека и паранойя.
С ней все будет в порядке.
Если что, я мог бы проверить ее через камеры, установленные по всему дому.
Я сомневался, что маленькая невинность вообще знает о них, и мне нравилась мысль о том, что я смогу наблюдать за ней, когда захочу.
Мои пальцы опустились к браслету на ее запястье.
Она не снимала его с тех пор, как я ей его подарил.
И она не знала, что в этом браслете есть чип слежения, и именно так мы, блять, нашли ее на кукурузном поле.
Однако он не был идеальным. Сигнал то появлялся, то исчезал из-за удаленности того места.
Только после того, как Кай взломал дорожную камеру, и мы проследили за машиной, смогли точно определить, где она находится. Если бы мы хоть немного опоздали, то...
Я отогнал эти мысли, потому что, если бы я дал себе время подумать об этом, я бы вернул свое обещание Доминику, и выследил бы этих маленьких ублюдков и позаботился о том, чтобы они умирали очень мучительной смертью.
Я подоткнул одеяло, накрывая ее плечи и вышел из комнаты, прихватив по пути ботинки и чистые носки.
Мне не потребовалось много времени, чтобы сесть на байк и доехать до одного из складов, принадлежащих "Королевской рати".
Снаружи это место выглядело заброшенным, что как раз соответствовало нашим пожеланиям.
Я припарковал свой мотоцикл на небольшом расстоянии, спрятавшись сзади, за рощей деревьев.
Несколько братьев были незаметно размещены по периметру территории, сохраняя бдительность. Я кивнул одному из них, когда наши взгляды соединились. После этого я вошел в заброшенное здание, в конце концов достигнув уединенного угла. Подошел к скрытой от посторонних глаз небольшой двери, которая вела на нижний уровень склада.