— О! — она увидела его и всплеснула руками. — Ты, наверное, Лекс! Я Эми! Очень приятно! Тётя Марфа говорила, что ты не против.
Она говорила быстро, громко, заразительно. Её улыбка была настоящей, не像 его жутковатой маской. Она протянула ему руку, и он, после секундной паузы, пожал её. Её ладонь была тёплой и живой.
— Да, я Лекс. Приятно, — его голос прозвучал ровно, вежливо.
—Просто фантастика это место! Такие высокие потолки! И окна большие! — она уже крутилась в прихожей, сбрасывая лёгкое пальто. — Тётя Марфа, такая милая, но она, кажется, даже не показала мне толком, что где.
Лекс почувствовал лёгкий, знакомый укол раздражения. «Милая». «Фантастика». Какие глупые, наивные слова.
—Она часто бывает невнимательна, — сказал он, и его улыбка стала чуть уже, чуть острее. — Позволь, я покажу тебе наше... общее владение.
Он двинулся вглубь квартиры, и Эми послушно последовала за ним.
—Вот гостиная, — он указал рукой на просторную, почти пустую комнату с одним старым креслом у окна. — Кухня там. Санузел общий, в конце коридора.
Он вёл её по коридору, открывая двери.
—Это твои комнаты. Эта выходит во двор, та — на улицу. Как захочешь.
Эми заглядывала в каждую, восторженно ахая.
—Какая огромная! И та тоже! Я не знаю, какую выбрать!
— А это... — Лекс остановился у последней двери в конце коридора, прямо напротив ванной. — Моя комната.
Он не стал её открывать. Внутри была только кровать, тумбочка и аккуратно сложенная на стуле одежда. И под кроватью, в самодельном тайнике, кое-что ещё. То, что не должно было видеть света. И уж тем более — этих живых, любопытных глаз.
Эми посмотрела на запертую дверь, потом на него. В её взгляде мелькнуло любопытство, но не навязчивое, а скорее, доброжелательное.
—Понятно. Границы соблюдаем. Это правильно.
Она снова улыбнулась ему.
—Спасибо, Лекс! Я так рада, что буду жить с адекватным человеком. Боюсь представить, что могло бы быть.
«Могло бы быть много чего, милая Эми», — пронеслось в его голове. Но вслух он сказал, снова надевая маску приятного соседа:
—Не стоит благодарности. Устраивайся. Если что — я тут.
Он отошёл к своему креслу в гостиной, сел и уставился в окно, на темнеющие крыши. В квартире теперь было слышно не только эхо его шагов. Слышно было, как Эми напевает себе под нос, перетаскивая чемодан, как она открывает и закрывает двери, наполняя мёртвое пространство шумом своей жизни.
Лекс сидел неподвижно, его лицо в сумерках было бесстрастным. Внутри же клубилась знакомая, тёмная и сладкая муть. Новый объект. Новая игрушка. Новый сюжет для той симфонии, что звучала только в его голове. Он улыбнулся во тьме. Возможно, её исчезновение тоже никто бы не заметил. Или заметил бы? В этом и заключался новый интерес.
Автор приостановил выкладку новых эпизодов