– Ну… – выплёвываю дерзко ему в губы, шёпотом. – Давай же… Потешь себя, – и сама тянусь на встречу. Чокнутая. – Что ты там хотел сделать? М-м? – широко улыбаюсь, пока он продолжает стоять неподвижно, смотря в мои глаза. – Давай! – говорю громко, а после шиплю, так как он натягивает мои волосы сильнее.
Его тело напряжено. Стук собственного сердца отдаёт в ушах. Ноги подкашиваются, но его хватка не даёт мне двинутся ни на миллиметр. Его взгляд опускается к моим губам. Они приоткрыты, и он проводит по ним своим горячим и влажным языком, потом снова смотрит в глаза. Я, ошеломлённая таким его действием, теряюсь и мелко дрожу, то ли от холода, то ли от жара.
Глаза в глаза.
Он ослабляет натяжение моих волос и двигается вместе со мной к стене, так и не прерывая зрительного контакта. Дыхание учащается, я чувствую его частое сердцебиение и дрожь через свои сжатые кулачки. А затем мягкие губы касаются моих. Прижимаются настолько тесно, что кажется останется синяк.
Глаза в глаза.
Его рука отпускает волосы и, проводя пальцами по моей спине, ложится на тонкую талию, опаляя жаром и сжимая светлую кожу, тут же оставляя на ней следы. Я шумно вздыхаю, отчего мой рот приоткрывается. Он скользит своими губами по моим, судорожно выдыхая. Сердце на вылет. Затем оттягивает нижнюю, после чего пробирается языком в мой рот.
Задыхаюсь.
Нас трясёт в унисон. А когда он плавно ведёт своими крепкими и мощными руками ниже, прижимая мои бёдра к себе, я чувствую такое, что моментально прихожу в себя. Вспоминаю где я и с кем.
С Психом!
С тем ублюдком, что водил по моему лицу ножом, а после пистолетом. С тем маньяком, что похищает среди ночи и заталкивает в багажник людей, имея при себе лопату, и грозится принудить. С монстром, ломающим людям пальцы, и от которого всё держаться подальше. Да кто он такой?!
Уже теперь меня накрывает ужасом от возможного поступка и дикой злостью на него и на себя в придачу. Я сильно кусаю его за губу, до металлического привкуса на своем языке. Толкаю его в плечи, чувствуя, как по щекам потекли слёзы отчаянья.
– Отстань! – кричу, но Псих держит крепко, закрыв глаза и тяжело дыша, пока я луплю его изо всех сил по всему его телу. – Ненавижу тебя! Слышишь? Ты урод, ясно! Псих бешеный! Монстр! Я никогда не буду с тобой встречаться! Никогда! – он отстраняется от меня. – Ты самый ужасный человек во всём мире! – вытираю слёзы и смотрю со всем гневом и злостью так, что щёки краснеют. – Можешь прикончить меня прямо сейчас! – вижу, как желваки на его челюсти заходили от злости. – Но я никогда не буду с чудовищем!
– Охуенно, – рычит, и я вздрагиваю, когда его кулак врезается в светлую кафельную плитку, пачкая её кровью. Потом ещё удар и ещё. Я стою и потеряно за этим наблюдаю. – Да и хрен с ним, – он отворачивается и уходит, по пути поднимает свою толстовку со скамейки и швыряет её в меня, отчего та прилетает мне в лицо. Затем он вылетает из душевой, а следом и из раздевалки, громко хлопая дверью.
Стою ещё наверное минуту, после чего медленно скатываюсь по стене. Надеваю толстовку с капюшоном, а затем и вовсе ложусь на холодный и мокрый пол, глядя в никуда.
Опустошена. Но жива. И, кажется, свободна.
– Лина! Лина, ты меня слышишь?
О, это, кажется, Лада.
– Сука. Чёртов идиот.
А это разве не Влад?..
12
Осень в этом году совершенно не удалась. И вроде в душе хандра, однако настроение – смотреть сериальчики и пить горячий кофе, лежа при этом под тёплым пледом и в тёплых носочках. И вроде за окном ливень идёт, как раз в тему, но жара стоит неимоверная.
Я открыла окно настежь, задыхаясь в душной комнате, и села на обшарпанный подоконник, пытаясь учуять хоть толику прохлады. Все без толку.
Иду к раковине и ополаскиваю горячие щёки ледяной водой. Дверь в комнату открывается, и, обернувшись, я замечаю Ладу, которая тоже остановилась, поражённо смотря на меня.
– Линка! Ты офигела? – хлопает дверью и бросает свою сумку на кровать, продолжая наступать на меня. – Ау, вы меня слышите? Приём? – заглядывает мне в глаза, словно меня нет в собственном теле. – Ауч! – резко убирает ладонь от моего лба. – Да ты горишь вся! Ещё и окно открыла. Погоду видела? – направляется к окну, тут же закрывая его, и разворачивается ко мне, упирая руки в бока.