Оба брюнета, они так похожи между собой. В движениях второго парня улавливаю что-то знакомое. А уловив, восклицаю:
– Розовый?
Псих улыбается ещё шире, а второй поворачивается к нам. Смотрит на меня, а после упирается взглядом в Ладу. Его брови взлетают, глаза загораются, уголок губ дёргается, и он показывает нам подойти ближе.
– Влад курит? – удивляюсь.
– Да он вроде и раньше курил, но редко, – вздыхает она. – У них какие-то проблемы в семье. Наверняка, стресс. Они с Данилом очень сблизились.
– Лада, на пару опоздаем, – я и не думаю подходить к ним. Ещё чего!
– Пойдём, – говорит она, и мы, развернувшись в сторону входа, идём в универ.
Там одногруппники обсуждают новость, что какой-то парень вернулся с больничного на учёбу.
– Не понимаю, и что? – спрашиваю у одногруппника.
– А то, Лина, а то! – он наклоняется к нашей парте, за которой собралось полгруппы, ещё ниже и громко шепчет: – Никто после стычки с Психом не возвращался.
– Переводились? – спрашивает Настя, староста.
– Да кто его знает, но факт один – связь с ними пропадала, – голос, будто страшилку рассказывает.
– Да бред.
– Ага, и что никто заяву не накатал, что ли?
– Фигня всё. Думаю, просто слухи.
– Ну не скажи. Эти слухи ещё с того времени тянутся, когда Псих в школу ходил, – он говорит ещё тише и наклоняется ещё ниже, заглядывая в глаза каждому. – И вообще говорят, что он продаёт людей на чёрном рынке.
Тишина длится несколько секунд, и все взрываются хохотом.
– Ты что курил, Серый? – спрашивает один из парней.
– Да я-то чего… – надувается Серый. – Идите у старшиков спросите.
– А ты зря веришь всему, что говорят, – завершает разговор староста, после чего звенит звонок на пару.
Первые две пары пролетают быстро. Я, наконец-то, знакомлюсь с преподами. А после второй мы идём за кофе, по дороге обсуждая предстоящий коллоквиум. Внезапно на повороте перед кофейным аппаратом я влетаю в мощную стену, очень больно ударяясь носом.
Это ирония судьбы.
Поднимаю голову на Психа. Его белая футболка в коричневых пятнах от пролитого мною кофе. Чувствую тепло под носом. Кажется, я его разбила.
13
Внезапная боль заставляет глаза слезится.
– Боже, Лина, у тебя кровь, – восклицает Лада, поворачивая моё лицо к себе и приподнимая мою голову своими ладонями, вертит её из стороны в сторону. – Срочно в медпункт! – лезет в свою сумку и вытаскивает пачку салфеток.
– Ц… одни увечья от тебя, – зло цежу Психу, хватая подругу под локоть и придерживая руку под носом, разворачиваюсь в сторону медпункта. Как раз больничный закрою.
– Я смотрю ты осмелела, Адель, – холодно произносит он мне в спину.
Чёртов мерзавец. Буду его вообще игнорировать.
– Ну вот и всё, – говорит врач, убирая ватку. – Синяк станет сильнее, но не страшно, до свадьбы заживёт, – улыбается.
– Спасибо, док.
– Пожалуйста, будьте аккуратнее, ведь лицо для девушки – это святое, – снова улыбается. Милая женщина.
Киваю и, вставая с кушетки, слышу звонок на пару. Видимо я была так расслаблена, и в кабинете не было шума студентов, что я испугалась внезапного звонка, вздрогнула, схватилась за сердце и, потеряв пол под ногами, громко приземлилась всем телом на свою ногу, перед этим её подворачивая.
Твою мать!
В кабинет медпункта тут же влетает подруга, явно услышав мой крик, и ошарашено смотрит на меня. В глазах безмолвный вопрос. А я, чувствуя режущую боль, начинаю орать.
– Господи, девушка! – подбегает ко мне врач. – Как же так… На ровном месте, – причитает эта милая женщина.
– Линка, ты… – не договорив, Лада садится рядом и начинает успокаивать меня, пока док проверяет мою ногу. А я ору. Как резаная.
Больно же!
Кто посмел меня проклясть сегодня?..
– Так, видимо перелом, всё слишком плохо, – выносит вердикт женщина. – Нужно в травмпункт, сделать снимок.
– Супер… – скулю я, стиснув зубы.