– Прости-и! – пищу, а затем хныкаю.
– Тише-тише, – шепчет мне на ушко, будто успокаивая, но трусы так на место и не возвращает. Наоборот, пока я думаю, что хуже быть не может, этот ненормальный маньячина двигает свою руку с моей задницы ниже, прямо туда…
Кошмар!
– Эй, прекрати! – виляю задом, пытаясь отстраниться от его руки, но все безуспешно, он только смеётся мне на ухо. – Спасите! – кричу, наивно надеясь на помощь.
Усмехается, задевая пальцами моё лоно. Мои глаза расширяются, а воздух в лёгких пропадает.
– Сегодня пятница, золотце. Большинство студентов уехали к родителям, а некоторые ушли на всю ночь тусить. Сейчас в общаге плюс-минус пятеро, не считая тебя и меня, и то это парни на другом этаже. А Нина Николаевна крепко спит после моих чудо конфет, – спокойно это произносит, продолжая гладить меня внизу, пока моё сердце сбивается с ритма, и я вспоминаю, что это, вообще-то, реально Псих рядом. Боже, он что напичкал конфеты снотворным?.. – Ты такая влажная, – убирает с меня наконец свои пальцы дьявольские, и я с облегчением выдыхаю, сжимая бёдра.
Однако он подносит свою руку к моему лицу, а после медленно проводит пальцами по моей щеке. Я в сотый раз за ночь широко распахиваю глаза и рот тоже, грозясь высказать этому мерзавцу извращенскому всё, что думаю, но видимо он это предвидит, так как говорит:
– Давай, Адель, скажи, что хотела, и посмотрим, что будет дальше, – затем из него вырывается смешок.
– Ты… ты… только что… – пытаюсь взять себя в руки. – Там… потом … по лицу… – и тут я чувствую, как его всё ещё влажный палец ложится на мои губы, и сразу резко поджимаю их.
Ублюдок!
Он убирает руку, одним движением натягивая мои трусики обратно на задницу, и отпускает меня. Нас связывают только наручники. Тяжело вздыхает.
– Ладно, Золотая, поиграли и хватит, есть и правда охота, – поднимается с пола и тянет меня за собой.
Подбирает свой телефон с включенным до сих пор фонариком. И меня подбирает заодно. Моя левая и его правая руки закованы, в итоге я вишу на Даниле спереди, обхватив ногами его торс, пока мы идём до выключателя, затем мини холодильника, а я делаю вид, что не ощущаю его каменный стояк.
Позор… Мне одной не по себе?..
Полчаса мы искали ключик, но нашли только несколько щелей в полу. Вероятно, уже и нет ключика. Эх…
Мой живот громко начинает урчать. Псих выпрямляется, соответственно я тоже меняю положение. Отводит голову назад и заглядывает мне в глаза. Я краснею, если, конечно, есть куда.
– Какая твоя любимая еда? – серьёзно спрашивает.
– Мясо, – получается как-то пискляво.
Хмыкает, подмигнув.
Отлично. Он нашёл у нас в мини холодильнике мясо и копошился по всем Ладкиным запасам. В итоге нашёл всё, что ему было нужно.
– Ты хочешь, чтобы я готовила? – спросила, когда на небольшом столике лежал необходимый набор продуктов.
– Да, – всё так же серьёзно.
– Я не умею! – на голодный желудок я уже становилась злой.
– Ясно. Тогда я сам, – лезет за ножом и доской. – Достанется же безрукая, – в этом шёпоте слышны нотки обиды.
– Эй, чего? Кто безрукая? – он кидает на меня такой взгляд, говорящий о том, что меня ничто ничему не учит, и я снова нарываюсь. Я его сразу расшифровала. И заткнулась. Но потом всё же не сдержалась: – Может руки помоешь? – тихонько спрашиваю, поглядывая на ту самую руку, которая ещё недавно была между моих ног.
Капец.
Улыбается, даже глаза заблестели. Но руки вымыл. Я только глаза закатила.
– Где ты научился готовить? – спрашиваю, когда целый час сидела на столе, пока он мыл, чистил, резал, жарил. В итоге получилось просто наивкуснейшие куски мяса с помидорами и сыром. М-м… какой запах...
– Не помню, – отвечает спокойно, накладывая мясо в тарелку. Берёт её и протягивает мне. Сам облокачивается свободной рукой о стол у моего бедра. Закрывает глаза, открывает рот и ждёт.
Чего? Кормить его, что ли?
– Я готовил и устал, – отвечает на мой безмолвный вопрос.
Ну ладно, кладу ему в рот кусочки мяса, предварительно убрав помидоры. Обожаю их, оставлю себе.