– А по конкретней нельзя сказать? – Илья не сдаётся и всё спрашивает.
– А чего не понятного. Тебя назвали вместе со мной, но ты как всегда, где-то витаешь в облаках. – Строга в ответ Геля.
– Будешь такой не выносимо строгой ко мне, я на тебе никогда не женюсь. – Очень серьезно заявил Илья, на что, конечно же, получил свой ожидаемый ответ – этот промелькнувший блеск в глазах Гели, который уже сколько раз сегодня сопроводился ему толчком локтя в бок. После чего, он сраженный таким коварным ударом Гели останавливается, держа себя почему-то совсем за другое место и заявляет, что не ожидал такого от неё и что ему теперь, просто необходимо зайти в одно место, которое благодаря случаю находится прямо перед ними. Так коварно обосновал своё решение зайти в чертоги, под знаком двух нулей Илья.
– Ну, мне сказали, чтобы я мигом туда и обратно слетала за тобой. – Плаксиво попробовала остановить Илью Геля.
– Находясь в столь не скромной близости к этому знаковому месту, не хотел бы пошлить, но я так и быть, только туда. – Смутив Гелю, Илья вырвался из её рук и прошёл в туалет, который надо признаться, своим внутренней отделкой порадовал Илью.
«А ведь в последнее время, для удивления уже и не осталось места в жизни. Вот только туалеты, иногда радуют и удивляют, ставшего таким придирчивым отечественного пользователя этих общественных мест». – Размышлял Илья, не забывая вспоминать Гелю, которая так не аккуратно складывает свои вещи в сумку, из-за чего ему сейчас приходиться стоять и смывать следы её помады со своих рук, правда, в умывальнике, а не как очень жизнелюбивые парни в биде, которое куда не глянь, а уже поставили. Высушив руки, Илья, следуя какому-то ненасытному желанию – полюбоваться собой или может быть, наоборот, из чисто практической пользы, дабы не забывать, кто ты есть, ещё раз решил взглянуть на дорожку в зеркало, как вдруг ему в глаза бросилась, не понятно каким образом не замеченная им до этого, сделанная помадой на зеркале надпись.
«Здесь не смог здесь сможешь?»
И что интересно, так это то, что, не смотря на свою замысловатость, трудно сказать почему, но эта надпись была принята Ильей на свой счёт. Некоторая нахрапистость, отсутствие знаков препинания, наводила на мысль об одном субъекте прописания, который, немыслимо каким образом, смог оказаться здесь.
– Смотри-ка, что-то новое. – Выйдя из кабинки, как провидение, дал о себе знать вечно куда-то пропадающий Модест.
– А ты, какого? – удивленно спросил того Илья.
– Какого такого. Всё со вчерашнего не могу перевариться, вот и сижу здесь. – Измученным голосом, ответил Модест, чем смутил в Илье остатки его вчерашней вымутненности, которые встав на защиту своего практически однокашника, напомнили о себе Илье. И он, почувствовав доходчивый до самого затылка болевой призыв, осознал своё, в некоторой степени зазнайство перед подверженным такой системной болезнью собрата по похмелью, перед которым все равны. И если ты себя сейчас чувствуешь даже очень ничего себе, то знай, что это всего лишь временно и тебя в любой момент может настичь чаша сия, в особенности, если она вчера была слишком уж сильно наполнена до краев.
– Ого. Где-то я уже, что-то подобное видел. – Пододвинув Илью, уставившись на надпись, сказал Модест.
– Знаешь, это однозначно он. – Заявил Илья.
– Пожалуй, соглашусь. – Выразил согласие Модест.
– Так ты здесь давно? Так сказать. Э, находишься. – Уставившись на Модеста, спросил его Илья.
– Ты, наверное, хотел сказать сидишь. – Улыбнулся в ответ Модест и, не дожидаясь ответа, заявил. – Да, с самого того момента, когда пошёл с тобой за водой. Но ты, как я понял, не пробился к выходу, так что я и заглянул и сюда. С тех пор и обитаю здесь.
– Я уже давно подозреваю, что ты большой любитель этих мест, раз мы с тобой в основном здесь и встречаемся. – Улыбнулся Илья.
– Наверное, в этом есть своя, какая-то сермяжная правда. – Засмеялся Модест.
– Ну так, что насчёт надписи? – Дав просмеяться себе и Модесту, спросил его Илья.
– Да, любопытные сегодня здесь дела творятся. – Начал Модест. – Ведь когда я сюда зашёл, здесь на зеркале была написана совсем другая фраза. – Заставил побледнеть Илью Модест.
– И? – не выдержав паузы, разорился на букву Илья.
– «ДоКоко терпеть будем?». Как тебе? – внимательно наблюдая за бегом внешней эмоциональной мимикрии, мало чего понимающего Ильи, озвучил написанное Модест.
– Всё так странно. – После небольшой паузы, потраченной на сбор здравых мыслей, ответил Илья.
– И не говори, чертовщина какая-то.
– Ну а ты, разве никого не видел, или по крайней мере, не слышал? – спросил Илья.