[2] Экосистема - это биологическая система, состоящая из сообщества живых организмов (биоценоз), среды их обитания (биотоп), системы связей, осуществляющей обмен веществ и энергии между ними.
3
- Всё-таки дебил.
Прошептав это, она с нескрываемым отвращением наблюдала за хохолком каштановых локонов, что расположился в их саду за столом вместе с её матушкой, весело беседуя, ожидая, что она всё же выйдет позаниматься.
В какой-то момент Любава даже искренне позавидовала выдержке мальчишки, потому что так часто являться в дом, откуда тебя статично выпирают, попутно выливая огромный такой чан с оскорблениями, стоило аплодисментов и даже восторженных оров какой-нибудь толпы фанаток.
Удивляться, в принципе, нечему. Та прекрасно почитала в голове, как упорно он добивается свою возлюбленную и как безуспешны его действия, так что, устойчивости и стремительности ему не занимать, как, кстати, и непробиваемости. Неостановимый массив, который продолжает движение, игнорируя каждую неудачу, представляя, что таковой нет.
Таких стараний было достаточно, чтобы пленить сердце правительницы мысленной магии. А это уже привело к тому, что уставшая от её вечных речей в стиле: “Саша такой, Саша сякой”, - а также из-за сильнейшего чувства жалости, которым она пропиталась, пока он ходил здесь, как неприкаянный котенок, Любава согласилась на один урок, попросту надеясь, что после него этот желающий мира альтруист откажется от подобной затеи.
Долго терпеть её сценические акты он попросту не способен, а значит спичка, горящая стремлением помощи, догорит быстро, сдуваемая ветрами наглой девчушки, принуждая его уйти прочь.
Убеждая себя в этом, гора подошла к Магомеду[1] сама.
- Душенька! - воскликнула Преслава, зрея, как её дочь, при полном марафете, очутилась за их садовым столиком.
Внешний идеальный облик требовался хотя бы по той причине, что Сатана искренне хотела, чтобы мальчишка рассказал в колледже о её состоянии и выдал, что она также элегантна и величава, как богиня.
То бишь, как всегда.
- Ты пришла! - радостно воскликнул факир, поднявшись с места и глядя прямо в её синие глаза, принудил девушку запустить цикл обзывательств, составленный специально для такого момента.
- Могу также легко уйти, и, что куда важнее, уйду, - выдала она, сложив руки на груди, уже так статично для себя. - Но вначале полюбуюсь на это несчастное представление, когда земной паренёк будет прилагать максимум усилий, ради того…О чём его даже не просили!
Подчеркнуть свое отношение к действиям гостя и ущербность его личины так жестко нужно еще уметь. Хорошо, что Любава в этом плане оставалась воистину чемпионом, с миллионом медалей и, верно, даже огромным таким кубком.
Олимпийским прям.
- Может, хотя бы, посмеёшься, - буркнул Саша, даже не стерев улыбку со своего лица.
Да ладно! Ты же не Данко, согласный отдать сердце за жизни и счастья других[2]!
Прекрати уже быть таким добрым и брось данные попытки спасти человека, который тонет в своём же театре и мыслях о своём величии. Иначе утонешь вместе.
- Идите в сад, - предложила Преслава, указывая на небольшую поляну средь деревьев, предлагая ребятам расположиться именно там.
Предварительно выпустив недовольное “м”, Сатана направилась к месту, усаживаясь на землю и поправляя свою красивую кофту так, чтобы выглядеть прекрасно и шикарно, даже сидя на земле.
Устроившись рядом, огненный фокусник почти сразу перешёл к объяснению некоторых азов, показывая на своих руках популярные и многочисленные слова, пока девушка поглядывала то на него, то в сторону, выказывая всем своим видом незаинтересованность в происходящем занятии. В ответ же, Герой продолжал, не останавливаясь ни на минуту, не разрешая её концертам и актёрским стараниям властвовать над его желанием ей помочь.
Уроки не мага она находила жалкими, его самого по-настоящему ничтожным и, увы, глупым, потому что так долго не понимать, что тебя не признают и откровенно испытывают неуважение, умный человек точно не будет.
Их посиделки кончались, Любава показательно зевнула, твердя уже каждым своим жестом, что никакой заинтересованности к сему занятию не испытывает, на что гость, опять же, не отреагировал никак, будучи, верно, попросту непробиваемым на такие намёки, и, верно, адекватность.