В конце легенды пара все равно осталась вместе.
4
Если бы за каждый его приход Любава ставила очередную подпись и печать в подписании диагноза, то его карта уже бы заполнилась полностью, потому что девушка поспешила бы исписать каждую страницу, лишь бы избавиться от его личины, которая совсем не хотела её покидать, так как считала это, как вариант, что он “сдаётся”.
А властительница иллюзий только об этом и мечтала. Чтобы он отпустил руки, чтобы прекратил препираться и насиловать её мозг, чтобы воспринял её откровенные, уже даже сарказмом неприкрытые посылы в далёкие миры и, в конечном итоге, собрал свои пожитки и скрылся в неизвестном направлении, но исполнять её желаний факир совсем не собирался.
Раз за разом он поддерживал её саркастичные речи, тоже оскорблял собеседницу в ответ, только весьма тонкими и красивыми намёками, продолжая уроки и движения своих рук.
Преслава уже даже скрывать не пыталась, что попытки неудачи её смешат, и, когда каждый раз после занятия, её дочь болтала что-то о Саньке, осуждая мальчишку за совершаемую благодетель, она лишь хохотала, выражая в этих смешках, в самом деле, всё отношение к злобе своего ребенка.
Когда вместе с гостем в дом пришла ещё и её соперница, Сатана даже не пыталась сдерживать себя в узде. Не отсидев даже и половины от урока, оскорбив одноклассника попутно, что он - ещё тот надоедливый чурбан и глупый идиот, не зрящий границ в терпении оскорблений, она отправилась к родительскому столу, оскверняя пришедшую знакомую, а после скрылась в комнату, усевшись пред зеркалом, предприняла попытку себя успокоить.
- «Алехандро», «Алехандро»! - сыграла она пред своим же отражением главную соперницу в своём классе. - Варвария! Идиоты, стоящие друг друга!
Любуясь своими актерскими этюдами, она поправляла свои волнистые локоны, сошедшие в шикарные пышные волны, и аккуратно перекидывала из стороны в сторону, ощущая, будто она и впрямь какая-то греческая богиня, которая рассматривает свои очертания в старом ажурном зеркале с древними золотыми украшениями, которые висели на его раме по всему периметру.
Схватив в руки блеск, она покрасила им свои засохшие за посиделку на теплом солнце губы, попутно повторяя всё то, что пытался объяснить фокусник, но только в сильно агрессивном смысле.
- Помогите мне…, - совершив руками точно те движения, каковые задавал не маг, она закатила глаза, повторяя их вновь и видоизменяя. - Помогите ему найти мозги!
Теперь каждая её гневная реплика сопровождалась движением пальцев, которые, что поразительно, не ошибались вовсе, показывая каждое слово и каждую отдельную букву безошибочно, чего Любава не понимала довольно долго, продолжая и продолжая осуждать мальчишку пред самой собой.
- Я - альтруист! Я всех спасу! Я такой хороший!
Внезапно показав последнюю фразу, она всецело осознала своё занятие и замерла на месте с так и взмытыми вверх руками.
Ты что, его впрямь слушаешь? Ты что, и впрямь запоминаешь каждое выданное им объяснение в жестах?!
По телу побежала дрожь, а кости, кажется, все обратились в камень, ибо банально шевельнуть никакой из них дьявольская душонка не могла. Она ведь ни разу не запнулась, пока болтала со своим же отражением, используя язык жестов. Ни на секунду даже не призадумалась о том, как тот или иной знак обозначается.
Медленно опуская руки вниз, она сделала, верно, самую умную вещь из всех, что могла позволить себе в данной ситуации: заперла эмоции подобного вида в третью личность, заведомо изгоняя прочь из Сатаны и её приспешника. Эта та, третья малявка всё учит и запоминает, это она сохранила на потёмках памяти каждое словечко и буковку и это ей не плевать.
Та личность так глубоко, что не вытащить и не вытянуть, она не подаст никакого знака о своём знании и не выдаст её заинтересованность.
Властительнице иллюзий только предстояло узнать, что та устраивает революцию, ибо больше не согласна обитать в тени.
В следующий раз, когда её учитель приплелся к ней, принуждая её в её стильном платьице снова усесться на газон, Любава уже давилась от этих уроков и своей глухоты, в который мыслями протекали мысли факира, что казались ей слишком нафталиновыми и громкими.