И где-то среди этой горы неясных и неразборчивых эмоций нарастало ни к кому ранее не испытываемое, максимально банальное уважение.
[1] Аи́д (др.-греч. Ἀΐδης (Aides) или ᾍδης, или Гаде́с) в древнегреческой мифологии — верховный бог подземного царства мёртвых.
[2] Шельма – мошенник, плут.
5
В какой момент уроки, когда они просто сидели на траве больные лишь целью учить язык глухих, обратились в мирные посиделки на скамье, когда вообще не прибегаешь к жестам, исключительно неясно. Но они довольно часто в последнее время проводили занятия, как угодно, но не за повторением материала. В прошлый раз они и вовсе сделали само оборудованное кольцо для баскетбола и сыграли один тайм.
Очевидно, Любава игралась с сознанием гостя, но и он не отставал, применяя то тут, то там акробатические приемы да свои магические экспонаты. Проиграть она себе не позволила, но для семейства стало истинным шоком, что она позволила матчу завершиться со счётом “ничья”.
Чтобы их девочка, которая даже своей племяннице не согласна проигрывать, и так спокойно признала такой итог? Не видано, не слыхано.
А богиня в ответ лишь слегка приподнимала бровь, убеждая семейство, что просто не хочет дарить несчастному не магу чувство ничтожества и вгонять того в депрессию, особенно учитывая то, какие у него убогие друзья и какой неудачный выбор возлюбленной.
В общем, сказала идентичные реплики, какие выкинула и в лицо самому факиру.
- Почему мы уселись на скамью?
- Ты видел мою юбку сегодня? - гневно шептала она, размещаясь пятой точкой на сиденье в их саду. - Я многое готова стерпеть, но порчу такой одежды не согласна.
- Приятно знать, что ты так прогибаешься только под мои занятия.
- Под абсолютно ненужные и убогие занятия, - добавила она, перекинув распущенные локоны назад. - Жертвы ради ничего. Кажется, ты подаёшь мне плохой пример жизненного пути.
Язык глухих предназначался как раз для того, чтобы богиня мыслей прекратила пользоваться своими мыслями и вести диалоги “слушая” мысли собеседника, что он подавал на свой рот, но их острых выражений оказывалось так много, что это банально оказывалось быстрее. Ей хотелось говорить с ним, подобное мерещилось интересным, хоть и признавать этого она не хотела, поэтому, когда она впервые начала болтать много и дала указ о том, чтобы жесты исчезли, ему не оставалось ничего, как поддаться под власть этого наглого саркастичного властителя.
- У тебя есть тату? - удивлённо обратился он, совсем случайно столкнувшись локтем с её ребром и заприметив чёрную надпись.
- Имеется, - шепнула та, не переводя взора на мальчишку с его прелестными разбросанными каштановыми локонами.
- И, что же она значит?
Порыв принудил её повернуть очи в его сторону, и, стоило ей только исполнить сие действие, как она ощутила глоток интереса, его нескрываемого желания узнать истину, который показался ей сладостным нектаром и сам развязал язык.
- Психея на греческом, - призналась она. - Как богиня души.
- Это что-то из канонических греческих романов[1]?
Сам факт того, что он знавал такое понятие, прибавлял ему в её глазах большего восхищения.
- Нет, это канонический греческий миф, - молвила Любава, своим извечным наглым голоском, совсем не ощущая, как сквозь крошечные вздохи радости в её речах прослеживается вся её одержимость этими историями. - О Эросе, сыне Афродиты, который влюбился в девушку Психею. Душу.
- Ух ты! Любовь! - саркастично протянул Саша, поглядывая в её синие бездонные глаза и не ловя в них незнакомую ему ранее эмоцию. - Я думал, что ты исключительна в своём мнении к этому чувству и оцениваешь его только, как легенду!