— Прости. — Улыбка на его губах очень грустная. — То, что произошло в метель, было его рук?
— Конечно. Он отрезал веревку, которая была на моем поясе, ударил тебя со спины и потом по голове, вытащил артефакт, но не успел его подобрать. Он очень злился, но старался не подать вида. Я удивляюсь, как старик решил в этот раз нам помочь. Его заблудшая душа ни одного раза не пыталась вмешаться, а здесь он прям превзошел себя. Даже не знаю, может, ты однажды над ним сжалишься и отпустишь. — Я отталкиваюсь от машины и хмурюсь. — Ты же не думала, что он живой человек. Там вековые морщины.
— Я не помню, о чем я тогда подумала. Он знал, как открыть ключ, тогда я задалась вопросом, над словами, которые надо было произнести. Получается, я вызывала свою душу? Кто написал эти строки? Я не совсем помню, что было написано. Слишком все быстро произошло. — Грант встает и пинает камень, лежащий под его ногами.
Но будь готов лишиться жизни… — он повторяет слова точь-в-точь, заставив меня лишиться дара речи и едва дышать — настолько пораженная его интонацией и чувственным изложением. — Ты об этих строках?
— Вот это память. — Он же говорил, что не способен отдать свою жизнь за другого человека, и тот маленький тест. На мои глаза наворачиваются непрошеные слезы, я отказываюсь думать о произошедшем. — Красивые стихи. Даже без запинки прочел.
— Ты всегда была безумно талантливой. И мне стоило выучить за такой огромный временной разрыв. — Это неловко, он все еще пытается втолковать мне свое видение, и кажется уже спорить бесполезно.
— Джаред не смог прочесть. А я знала язык… и ты… меня это удивило. — Я замолкаю. — Меня волнует последняя строка. Это что-то вроде легенды? Предсказание? Но ты, я и Джаред живы, и в данный момент держим путь домой. То есть слова не сбылись? Никто ведь не лишился жизни! — Кожу пробивает озноб, когда мужчина обхватывает мое лицо, его глаза, в которых нет эмоций — одна пустота, — пугают меня до чертиков.
— Ты уверенна? — Я моргаю, потерявшись от волнения и паники. — Кто сопровождал тебя? Дважды?
— Не говори это. Не произноси вслух, — шепотом говорю я.
— Он был хорошим человеком. Меня бесят его отношение и воспоминания о тебе, но если бы ты была в дальнейшем с ним, думаю, он любил бы тебя в половину, как делал это я. — Убираю его руки от себя и делаю шаг назад.
— Ты убил его? Там в пещере? Поэтому он потерял сознание и упал!
— К счастью, у Гранта сейчас другие дела. И он весьма доволен своим выбором. В отличие от меня, я несколько разочарован, ведь его видения тебя обманчивы. И к тому же, его тело маловато для меня и изношено. Надеюсь, это не слишком заметно. — Он встает и направляется к водительской двери, пока я пытаюсь справиться с внутренней дрожью. Кратковременный озноб превращается в полноценную истерику со стучащими зубами и рваными глотками воздуха. Он больше не скрывал себя, этот лед, которым он обдал меня, взгляд, полный отрешенности и ненависти, проник так глубоко в меня, насколько это возможно. — То, что я увидел перед собой, никак не похоже на то, кем ты была.
Мужчина указывает мне на машину и садится внутрь. Я остаюсь снаружи в полной тишине, изредка нарушаемой проезжающими автомобилями. Грант Меллон, тот, которого я обвиняла, погиб из-за меня. Внутри меня что-то разрывается, вырываясь наружу. Я вспоминаю момент в ресторане, как он оказался рядом со мной, и это ощущение, что я под защитой. Как он появлялся везде, чтобы помочь, и получил взамен подозрение. Как же ошибался мой отец по поводу Джо. Они все разрушили, благодаря путанице, в которую их вогнали другие.
— Садись уже, я отвезу тебя домой. Тебе надо отдохнуть. — Передо мной приоткрывается дверь, и я нехотя сажусь в салон. — Он был всего лишь оболочкой. Душа изначально предполагала освобождение. Прекращай рыдать, не делай из этого трагедии.
— Он же живой человек, почему ты тогда не переселился в Джареда? — Он заводит машину и начинает странно улыбаться.