— Я просто хотела предупредить, — встаю со стула и не медлю, быстро направляясь в коридор, чтобы найти Джейн.
Да. Я действительно делаю это.
Я сбегаю.
***
Дилан стучит пальцем по ледяной дверце холодильника. Смотрит на пакетик молока, стоящий на одной из полок, после чего прислушивается к отдаляющимся шагам и скрипу ступенек лестницы, ведущей на второй этаж. Ровно и спокойно дышит через нос, второй рукой опирается на столешницу рядом, но тишина вокруг слишком давит. И в следующую секунду парень резко закрывает дверцу холодильника, отчего тот секунду шатается, начав громко шуметь.
ОʼБрайен отходит от столешницы, обеими ладонями скользит по лицу, грубо стирая с него выступившие капли пота, и начинает ходить от стены до стола, оглядываясь на окно с раздражением. Быстро подходит к нему, сдвинув занавески, чтобы свет не мог проникать в помещение.
С каких пор его привлекает темнота?
***
Комната Карин пуста, как и ванная. Я стою на пороге, разглядывая расправленную кровать, видимо, Карин спешила, хотя, она никогда не убирает её за собой. Складываю руки на груди, опираясь плечом на дверную арку, и прислоняю к ней голову. Немного погодя, насладившись своеобразной тишиной, вынимаю из кармана телефон, чтобы набрать номер Рид, но останавливаю себя, ведь от неё уже есть сообщение. Открываю, читая про себя каким-то уставшим голосом: «Я сегодня переночую у Хлои», — и всё. Больше ничего. Никаких обещаний, что увидимся завтра, никаких вопросов, касающихся моего состояния.
Отвожу взгляд в сторону, слыша шаги за спиной. Дилан проходи мимо, заходя в свою комнату, и громко хлопает дверью, заставив меня моргнуть опухшими от обиды веками. Глаза начинают щипать, поэтому дергаю головой, вновь взглянув на экран, и ищу в списке контактов номер телефона моей мамы. Правда, ещё долгое время стою без движения, не веря, что правда собираюсь сделать это. Бросаю взгляды в сторону двери парня, и без выраженных эмоций нажимаю на вызов, поднося телефон к уху.
***
Небольшая квартира в многоэтажке. Коричневые обои, холодный паркетный пол, журнальный столик и небольшой диван напротив недорогого телевизора. Темный коридор ведет в гостиную, которая служит и кухней, и комнатой для парня, въехавшего сюда на днях. Он не привез с собой коробки вещей, имеется лишь небольшая спортивная сумка со всем необходимым, и этого вполне достаточно. В холодильнике одни бутылки с обычной водой, которую парень употребляет постоянно, ведь температура его тела довольно высокая, так что такой способ «охладиться» ему необходим, как кислород.
Коди снимает куртку, бросая на спинку одинокого дивана, стоящего в центре комнаты, и обходит стол, открыв холодильник. Берет бутылку, направившись в сторону окна, которое распахнуто настежь. Холодный ветер не сквозит, так что парень прикладывает к горячему лбу бутылку. Пальцами свободной руки начинает щелкать, наблюдая за людьми, что идут по улице. Каждого провожает взглядом, после чего закрывает створки, зашторив, и открывает бутылку, поднеся её к губам. Но замирает. Не в напряжении, скорее, наоборот. Коди расслабленно усмехается краем рта, слегка пустив голову, после чего оборачивается, медленно, всё равно с дозой опасения, смотрит в сторону коридора, что находится за стеной. Опускает свободную руку, касаясь оружия, что весит на поясе под тканью синей футболки. С каким-то довольством разглядывает темноту, которая медленно «выплывает» в гостиную. И Коди точно знает, что там кто-то есть, поэтому подносит бутылку к губам:
— Я слышу тебя, — оповещает, усмехнувшись, и глотает ледяную воду, щуря веки, когда из-за стены, на свет выходит темноволосый парень, внешний вид которого отталкивает, ведь любой кретин поймет.
Перед ним не жилец.
Коди всё ещё прижимает горлышко бутылку к губам, пальцами нащупав рукоятку пистолета. Поднимает брови, говоря:
— Ты можешь и ближе подойти, — пускает смешок, вот только «незнакомец», который попадается ему на глаза с самого приезда в Суррей Хиллс, не разделяет веселья. Он напряженно осматривает Коди, сжав зубы до скрипа.
— О-у, — Коди цокает языком, улыбнувшись. — Не нужно. У тебя не выйдет, — он будто знает, о чем думает нежданный гость, поэтому делает шаг вперед. — Будет куда логичнее заключить сделку, так? — вновь отпивает, чмокая мокрыми губами. — Услуга за услугу.
«Незнакомец» смотрит на Коди искоса, держа руки в полном напряжении вдоль тела. Кристиан усмехается, качая головой, и роется в кармане, вынув кулон-бабочку, вновь взглянув на парня, стоящего напротив:
— Я знаю, что тебе нужно, — выпрямляется, нахмурившись. — Так, мы сможем договориться, верно?
Комментарий к Глава 4.
Официальный трейлер второй части:
https://www.youtube.com/watch?v=CAsxZL-SUW8
========== Глава 5. ==========
Мне приятно находиться в этой комнате. В комнате Джейн, которая пропадает невесть где, не отвечая на звонки, а лишь бросая мне какое-то сухое, будто вынужденно, сообщение. «Я у Хлои», — коротко и ясно, но так отрешенно, что мой язык начинает сворачиваться в трубочку от горькой обиды, привкус которой не пропадает в течение тех минут, которых я брожу по комнате в поиске всевозможных своих вещей, что пытаюсь уместить в один чемодан, да и дается это проще, чем кажется изначально, ведь моего здесь мало. Практически одна полка в комоде. По большей части я ношу вещи Рид или, поддаваясь привычке, забираю одежду Дилана, точнее, забирала, пока он не начал вести себя, как последний кретин, от которого невольно хочется держаться подальше, чтобы не сойти с ума от своего безысходного положения.
В небольшом помещении, в которое проникает бледный свет с улицы, пахнет корицей и сладкими, но не вызывающих тошноту, духами. Здесь пахнет Джейн, и её присутствие в данный момент важно, но такового не наблюдается. Она с Хлоей, а значит, вряд ли вернется ближайшие несколько часов. Скорее, придет завтра утром или днем, но меня уже не будет здесь. Какая последует реакция? Что, если я оставлю записку? Слишком неуважительно? Думаю, да. Если бы рядом стояла мать, то дала бы мне хорошенького пинка за те мысли, что вертятся в голове с самого раннего утра. Мне явно необходим сон, но прикрывать веки не тянет. Наоборот, меня воротит от мягкой кровати, теплого одеяла. Мне нельзя расслабляться. Приеду домой — там смогу спокойно отдаться Морфею.
Дом? А что есть для меня «дом»? Странное, застрявшее на кончике языка понятие, которому с трудом ищу объяснение, правда, ничего не могу добавить к «это место, где есть теплый душ». Сама ворчу от собственных мыслей, складываю футболку в черный чемодан, встряхивая темными волосами, что прядями свисают к лицу, пока стою, склонившись над кроватью. Поглядываю на телефон, экран которого и не думает загораться, хотя я отправила вопросительный текст Рид. Она всегда отвечает мне. Отвечала. Так, что сейчас с ней не так? Что с нами со всеми не так? Что не так со мной? С Диланом? С Джейн? Я могу сидеть несколько ночей, посвящая всю себя этому вопросу, но не приду ни к чему, так как это замкнутый круг, это тоннель, не имеющий конца. Это черная дыра. Внутри нас дыры, язвы, всасывающие все наши мысли, внутренности, не оставляя ни черта. Так мы и опустошаемся изнутри. Умираем морально, забывая, что на самом деле важно. Мне не нравится это. Ощущение, будто теряешь что-то важное. Оно не покинет меня, нет. Оно навсегда со мной.
Тяжелый вздох эхом ударяется о стенки черепа, оседает где-то в голове, в груди, заставляя повторно всасывать комнатный воздух, пока сажусь на край кровати, опуская холодные ладони на колени, чтобы как следует растереть их под тканью обтягивающих черных джинсов. Смотрю перед собой, или чуть ниже, не столь важно, в какую точку уперся мой потерянный взгляд. Лицо выглядит спокойным, но внутри, за сжатыми губами, бушует ураган из эмоций, который ловко подавляю, скрывая за очередным полустоном, что проглатываю, слегка морща лоб. Виски болят. Начинаю давить на них пальцами, массируя, но тем самым лишь усиливаю боль, так что хлопаю руками по кровати, поднимаясь, и вновь беру телефон, проверяя наличие новых сообщений. От Джейн. Или Дилана. Что? Да, уже смешно. Пора валиться на пол и кататься по нему в безумной истерике, ведь сами мысли вызывают тошнотворный и жалкий смешок. Скорее я съем куриные сердечки, чем ОʼБрайен попробует позвонить или хотя бы отправить мне незамысловатое сообщение, в котором смысла будет меньше, чем в моих кошмарах. Нет. Ничего. Экран пуст, только пара прочитанных сообщений от отца, который с радостью оповещает, что уже выезжает за мной из Лондона. Но от прочитанного опускаются руки. Стоит ли мне беспокоиться о том, как далеки стали мы с родителями? Мне будет крайне неуютно там. Дома. Дома? Черт, дома. Это так странно произносить в своей голове. Что же будет дальше?