Ищет защиты у другого. Следовательно, считает, что О’Брайен не способен на это, что он недостаточно силен.
Возможно, так оно и есть.
Дилан нахмурился, переведя глаза на спящую Ронни. А от этой чего ожидать? Её всё равно, что нет. Не существует. Порой, парень вообще умудряется забывать о её присутствии. Он не виноват, что она такая… Никакая. Грубо? Да. Но так оно и есть.
Дилан не чувствует Ронни.
К тому же, она одна из подозреваемых.
Сложил руки на столе, опустив на них голову. Не хотел засыпать, но голова тут же пошла кругом. Мысли окончательно спутались. И сон не заставил себя ждать.
***
- Гордон, - парень протянул руку девушке, которая растерялась, не пожав его ладонь.
- Корнелия, - складывает руки, сковываясь.
От лица Ронни.
Кажется, я не спала всю эту ночь. В глазах ощутимо давление, горло по-прежнему болит. Першит. Голова неестественно тяжелая. С трудом удается оторвать её от подушки. Передо мной стена. Узорчатые обои.
Медленно поворачиваю голову в сторону двери. На неё падает солнечный свет, льющийся из окна, шторы которого не закрыты.
Тихо. Даже слишком.
Сажусь, сгибая колени. Игнорирую ноющую боль в груди, сжимаю веки, чтобы избавиться от песка в глазах. Поворачиваю голову к окну, что находится сбоку от кровати. Там же, у стены напротив, стоит стол. Удивленно хлопаю ресницами, рассматривая Дилана со спины. Он уснул? Такие, как он, умеют спать? Только утро, а у меня уже шок. Мне казалось, этот парень может ещё долгое время обходиться без сна.
Поднимаю взгляд, щурясь от света. На часах пол девятого. Я проспала школу, но здесь, как и дома, находиться не хочу, поэтому медленно, осторожно, не создавая шума, поднимаюсь с кровати. Подтягиваю лифчик за края ткани, направляясь к двери.
Нужно хотя бы умыться, чтобы окончательно проснуться.
Спокойно выхожу в прохладный коридор. Меня встречает темнота. Иная. Не холодная, не мерзкая, не густая. Обычная. Совершенно не вызывающая отвращения.
Не такая застывшая, как в коридорах особняка.
Приходится постараться, чтобы включить свет. Приподнимаюсь на носки, тянусь рукой. Подпрыгиваю, хлопнув по выключателю. Свет в ванной комнате загорается. Подхожу к раковине, взглянув на себя в зеркало. Лицо не опухло, что уже хорошо. На коже груди крупная отметина темно-бордового оттенка. Я касаюсь поврежденной кожи пальцами. Поглаживаю, чувствуя колющую боль.
Это нормально?
Опускаю глаза на кулон.
Подобная реакция - нормальна?
Умывшись и хорошенько потерев и без того красные глаза, возвращаюсь в комнату. Но не успеваю переступить порог, как слышу сонное ворчание О’Брайена. Он прижимает телефон к уху, всё так же лбом касается стола.
- Похер, при встрече я тебя придушу, - бросает, кидая телефон на стол. Ставит руки на локти, выпрямляется, трёт глаза, тяжело вздыхая. Поднимает взгляд на меня. Я вопросительно киваю, переступая порог комнаты. Парень с каким-то обречением смотрит на моё тело, отводит глаза, шепча:
- За что? - Спрашивает пустоту перед собой.
Я вновь поправляю лифчик, подтягивая его вверх, ибо сползает.
- Тайлер звонил, - говорит, мельком посматривая на меня. Поднимаю руки, спокойно стоя к нему лицом. Собираю волосы, желая сделать хвост, но вспоминаю, что у меня нет резинки.
- Сказал, что, - моргает, почесывает висок пальцем, смотрит на меня. Вот только не в глаза, даже не на лицо, а ниже. Намного.
- Короче, мы должны подъехать, там у Джейн истерика, - выдавливает, заканчивая. Отводит глаза, поднимаясь со стула.
Я хмурюсь, раздумывая над его словами. Кажется, Джейн сильно переживает за Рози. Что на этот раз случилось?
Дилан шаркает ногами, выходя в коридор. Видимо, тоже в ванную комнату. Я чешу кожу груди, поворачиваясь к шкафу лицом.
Вещей у меня нет, а одежда парней уж больно удобная, так что…
От лица Дилана.
Кожа начинает гореть. Ледяной водой умываюсь, поглядывая на себя в зеркало. Лицо опухло, глаза, такое ощущение, сейчас вытекут.
Вот оно - утречко.
Беру полотенце в руки, раздраженно ворча:
- Интересно, хоть какая-нибудь извилина в её голове есть? - Говорю вслух. Опять. Часто рассуждаю в голос, попадая в нелепые ситуации.
Но, чёрт возьми, эта Ронни. Какой надо быть “далекой”? Интересно, перед сколькими парнями она в таком виде щеголяет?
Хорошо вытерев лицо, бросаю полотенце в раковину.
Разворачиваюсь, выходя из ванной.
Ронни ещё и свет за собой не выключает. А платить за него, кто будет?
Иду в комнату, но, сделав всего шаг за порог, торможу. Как идиот. Будто перед тем, как войти мне нужно постучать и спросить разрешение.
А вот Ронни ничего не смущает. Она спокойно стоит у открытого шкафа, поднимается на носки, разглядывая вещи на полках.
- Эм, - это всё, на что мой разум способен. Ибо эта баба нарушает все возможные границы нормального поведения девушек.
Но дальше “лучше”.
Ронни подпрыгивает, чтобы рассмотреть вещи на верхней полке.
Пристрелите меня. Хотя бы за то, что смотрю.
Смотрю на ЭТО ВСЁ.
Окей, чем быстрее найдет вещи, тем скорее прекратит выставлять себя на показ.
Подхожу к шкафу. Ронни делает шаг в сторону, пока роюсь на полках, ища что-нибудь маленького размера. Но, видимо, девушке нравится, когда одежда висит на ней, словно мешок, поэтому она выдергивает из моих рук черную футболку с белой надписью “HATE YOU”. Идеально. Как ещё я могу это прокомментировать?
Хлоя предпочитает вещи, которые наоборот обтягивают, тем самым подчеркивая фигуру. А “эта” что?
Смотрю на Ронни, которая натягивает большую футболку.
А это какое-то непонятное “существо”, не имеющее комплексов, но носящее “мешки”.
Не замечаю, как девушка кивает мне, молча спрашивая, в чём дело. Отвожу глаза, почесав висок:
- Тебе нужна кофта? - Так нравится опустошать шкаф? Идиот, вскоре вещей у тебя не останется, если продолжишь быть благодетелем.
Ронни поправляет волосы, кивая. Она осматривает пол, ища свои кеды из тонкой ткани.
Я вытаскиваю с полки кофту.
Хлоя никогда не носила мои вещи.
Интересно, как она бы в них смотрелась.
Смотрю на Ронни, которая начинает нервно дергать ткань футболки.
Уж точно выглядела лучше, чем она.
Девушка кивает мне, поворачиваясь спиной. Несколько ниток футболки зацепились за застежку лифчика. Ронни ещё раз смотрит на меня, и понимаю, что она хочет от меня. Цокаю языком, подходя ближе. Мешкаю, не зная, как снять нитки. Касаюсь пальцами её спины. И обжигаюсь. Кто бы мог подумать, что у неё такая горячая кожа. А вот Ронни вздрагивает, ведь умывался я холодной водой.
Откашливаюсь, выдергивая нитки, опускаю ткань футболки. Отхожу. Ронни благодарит кивком, спокойно садясь на край кровати.
Кажется, мне придется переодеться в ванной комнате.
Ронни с не принуждением смотрит на меня.
Да.
Вздыхаю с обречением.
Пошел я в ванную.
***
***
Джейн не смогла уснуть этой ночью.
Девушка бродила по комнате, выглядывала в окна дома, заходила к Рози, проверяя, как она. Девочка отреагировала на случившееся не так эмоционально, что вынуждает сильнее тревожиться за сестру. Родители не стали вызывать полицию. Хотя Джейн пыталась им объяснить необходимость. Она почти убедила мать, а вот отец наотрез отказал ей. И этого Джейн не понимает.
Сегодня Рози осталась дома, с бабушкой. Джейн отправили в школу. Она отпиралась, притворяясь болеющей, но ничего не помогло.
Теперь Рид кусает локти. Она приехала к первому уроку, но никого из друзей не увидела: ни Ронни, ни Тайлера, ни Дилана. Хлоя даже не желает говорить об этом, она быстро уходит, спеша за Роем и его компанией, чтобы быть среди тех, кто, по её мнению, способен защитить её.
Джейн не злится на неё. Она понимает, что всё происходящее сводит с ума, но Рид ждёт поддержки от её лучшей подруги.
Но, ничего не добившись, девушка звонит тому, кто уже через десять минут приезжает на парковку школы. Тайлер - сонный, немного хмурый и уставший - вылезает из машины, сунув телефон в карман джинсов. Он проспал все предметы и явно не хотел бы лишний раз приезжать в школу, но звонок поступил не от кого-то, а от Джейн.